Смерть дублера
Рекс Стаут, создатель знаменитого цикла детективных произведений о Ниро Вулфе, большом гурмане, страстном любителе орхидей и одном из самых великих сыщиков, описанных когда-либо в литературе, на этот раз поручает расследование запутанных преступлений частному детективу Текумсе Фоксу, округ Уэстчестер, штат Нью-Йорк.В уединенном лесном коттедже найдено тело Ридли Торпа, финансиста с незапятнанной репутацией. Энди Грант, накануне убийства посетивший поместье Торпа и первым обнаруживший труп, обвиняется в совершении преступления. Нэнси Грант, сестра Энди, обращается к Текумсе Фоксу, чтобы тот снял с ее брата обвинение в несовершённом убийстве. Фокс принимается за расследование («Смерть дублера»).Очень плохо для бизнеса, когда в банки с качественным продуктом кто-то неизвестный добавляет хинин. Частный детектив Эми Дункан берется за это дело, но вскоре ее отстраняют от расследования. Перед этим машина Эми случайно сталкивается с машиной Фокса – к счастью, без серьезных последствий, – и девушка делится с сыщиком своими подозрениями относительно того, кто виноват в порче продуктов. Виновником Эми считает хозяев фирмы, конкурирующей с компанией ее дяди, Артура Тингли. Девушка отправляется навестить дядю и находит его мертвым в собственном офисе… («Плохо для бизнеса»)Все началось со скрипки. Друг Текумсе Фокса, бывший скрипач, уговаривает частного детектива поучаствовать в благотворительной акции по покупке ценного инструмента для молодого скрипача-виртуоза Яна Тусара. Фокс не поклонник музыки, но вместе с другом он приходит в Карнеги-холл, чтобы послушать выступление Яна. Концерт проходит как назло неудачно, и, похоже, всему виной скрипка. Когда после концерта Фокс с товарищем спешат за кулисы, чтобы утешить Яна, они обнаруживают скрипача мертвым – он застрелился на глазах у свидетелей, а скрипка в суматохе пропала («Разбитая ваза»).
В любом случае я чувствовал себя глупо, таская его с собой средь бела дня, и потом… – Джеффри ненадолго замолчал, затем продолжил: – Почему бы и нет, это тоже расскажу. Я знал, что мисс Грант и ее дядя заметили в моем кармане пистолет, потому что случайно слышал, как он упомянул ей об этом. Конечно, теперь им придется объяснить, почему они не заявили в полицию, дескать, я имел при себе оружие, но за это в тюрьму не сажают. Понимая, что они его заметили, я чувствовал себя глупее прежнего. В общем, вернувшись сюда и поставив машину на стоянку, я и думать забыл про пистолет.
Он замолчал, и Фуллер ястребом налетел на Нэнси:"
"– Мисс Грант, вы видели пистолет в кармане Джеффри, до того как он оставил вас, чтобы прокатиться?
– Да, – отчетливо и твердо произнесла она. – Всего через минуту или две после нашего приезда сюда.
– И вы тоже, мистер Грант?
– Да.
– Видели ли вы пистолет в его кармане, в руке… да видели ли вы пистолет вообще… с момента возвращения Джеффри после прогулки?
– Нет. Я и не знал, что он уехал прокатиться, но, когда около десяти он вернулся, отсутствовав, пожалуй, с четверть часа, пистолета я не видел. Ни тогда, ни потом.
– А вы, мисс Грант?
– Нет.
Глаза адвоката по широкой дуге обвели ту половину комнаты, по которой рассыпались гости.
– Может, кто-то из вас видел пистолет у Джеффри Торпа сегодня после десяти часов утра?
Подняв голос, он завершил свой вопрос, несмотря на попытки Дервина перебить его.
– Теперь спрашивайте у него все, что захотите.
– Благодарю, – с сарказмом выдавил Дервин и снова поглядел на своего стенографиста. – Вы пометили, что эти вопросы были заданы Гранту и его племяннице мистером Фуллером?
– Да, сэр.
– Без всякого вмешательства с моей стороны?
– Да, сэр.
Дервин повернулся к Джеффри. Окружной прокурор выглядел достаточно мрачным и решительным, но все же не выказывал ни толики торжества.
– Мистер Торп, – угрюмо начал он, – мы разговариваем в присутствии вашего законного представителя. Думаю, вам стоит прислушаться к любому совету, который он посчитает возможным дать. Кроме того, считаю своим долгом сообщить, что, по моему мнению, имеющиеся в нашем распоряжении улики, равно как и ваши собственные показания, вполне позволяют мне предъявить вам обвинение в убийстве первой степени, но я пока воздержусь.

















