Смерть дублера
Рекс Стаут, создатель знаменитого цикла детективных произведений о Ниро Вулфе, большом гурмане, страстном любителе орхидей и одном из самых великих сыщиков, описанных когда-либо в литературе, на этот раз поручает расследование запутанных преступлений частному детективу Текумсе Фоксу, округ Уэстчестер, штат Нью-Йорк.В уединенном лесном коттедже найдено тело Ридли Торпа, финансиста с незапятнанной репутацией. Энди Грант, накануне убийства посетивший поместье Торпа и первым обнаруживший труп, обвиняется в совершении преступления. Нэнси Грант, сестра Энди, обращается к Текумсе Фоксу, чтобы тот снял с ее брата обвинение в несовершённом убийстве. Фокс принимается за расследование («Смерть дублера»).Очень плохо для бизнеса, когда в банки с качественным продуктом кто-то неизвестный добавляет хинин. Частный детектив Эми Дункан берется за это дело, но вскоре ее отстраняют от расследования. Перед этим машина Эми случайно сталкивается с машиной Фокса – к счастью, без серьезных последствий, – и девушка делится с сыщиком своими подозрениями относительно того, кто виноват в порче продуктов. Виновником Эми считает хозяев фирмы, конкурирующей с компанией ее дяди, Артура Тингли. Девушка отправляется навестить дядю и находит его мертвым в собственном офисе… («Плохо для бизнеса»)Все началось со скрипки. Друг Текумсе Фокса, бывший скрипач, уговаривает частного детектива поучаствовать в благотворительной акции по покупке ценного инструмента для молодого скрипача-виртуоза Яна Тусара. Фокс не поклонник музыки, но вместе с другом он приходит в Карнеги-холл, чтобы послушать выступление Яна. Концерт проходит как назло неудачно, и, похоже, всему виной скрипка. Когда после концерта Фокс с товарищем спешат за кулисы, чтобы утешить Яна, они обнаруживают скрипача мертвым – он застрелился на глазах у свидетелей, а скрипка в суматохе пропала («Разбитая ваза»).
С трудом оторвав глаза от девушки, он поднялся, протянул руку к вешалке, почувствовал на себе чей-то пристальный взгляд, повернул голову и произнес спокойно и безмятежно:
– Здравствуйте.
Взгляд Доры приподнялся над спинкой сиденья.
– О, привет!
Фокс медленно покачал головой:"
"– Господи, на все воля твоя…
– Мы выходим в Брустере, – объявил Тед, подавая Доре пальто, будто оно было соткано из чистейшего ангельского пуха и звездной пыли.
– Совершенно верно, – угрюмо подтвердил Фокс. – Уже прибыли. Поторопитесь одеться.
Поезд подошел к станции и сбавил ход. Остановился, вздрогнув. Фокс последовал за парочкой по проходу между сиденьями и по ступеням – на платформу. Здесь гулял холодный ветер, снежинки танцевали вокруг круглых плафонов станционного освещения, и Тед поспешно провел Дору в здание. Фокса на миг задержал своим приветствием другой сошедший с поезда пассажир, а когда он присоединился к стоявшей у окна парочке, Тед говорил Доре:
– Это первая точка на карте, куда мы добрались вместе. Брустер. Но она точно не последняя. И здесь очень мило. Красивая маленькая станция…
– Ну и?.. – поднажал Фокс.
Дора обратила к нему улыбку.
– Ах да! – спохватился Тед, вспомнив о нем. – Думаю, я обязан кое-что объяснить. Вы ведь получили телеграмму?
– Получил. В ответ на ту, что я отправил мисс Моубрей.
– Правильно. Только это я отправил ее. Какое удачное совпадение, что вы оказались в этом же поезде! Видите ли, я полагал, что Дора вряд ли станет отвечать на телеграмму, а просто сядет в поезд, про который я ей сказал, добавив, что дело крайне срочное…
– И подписались моим именем.
– Да, конечно. Не придумал ничего другого. Я решил, что вы вообще не узнаете об этом, и не узнали бы, если бы Дора не телеграфировала ответ. Затруднение состояло в том, что она не позволяла мне с ней встретиться. Не разрешала поговорить с ней и все объяснить. Она вернула мое письмо, даже не распечатав его. Дора неверно поняла мою поездку в Мексику за Гебой. Я знал… ну… не то чтобы знал, хотя надеялся… если мне удастся затащить ее в какое-то спокойное место вроде поезда… Понимаете, она считала меня презренным бабником…
– Неправда! – не согласилась с ним Дора. – Я просто-напросто думала…
– Прошу прощения, – холодно вмешался Фокс. – На эти объяснения у вас было полтора часа. Сомневаюсь, что вы способны думать сейчас о чем-то другом, но то, что мне рассказали о телеграмме, вовсе не было удачным совпадением. Я домчался на машине с Пятьдесят седьмой улицы до Кротон-Фоллс за сорок пять минут. Коп на кольцевой развязке Хоторн-серкл жив только благодаря своей молниеносной реакции: он едва успел выскочить из-под моих колес. Я пошел даже на такой риск.

















