Смерть дублера

Сам виноват: позволил им во всем полагаться на меня, и вот теперь, если я не попадаю туда ровно к половине десятого… – Кох сокрушенно развел руками. – Итак, чем я могу быть полезен?

– Я тут ловлю рыбку в мутной воде… – улыбнулся ему Фокс. – У миссис Помфрет лопнуло терпение, и она наняла меня выяснить, кто же убил ее сына.

– Вон оно что… – ответил с улыбкой Кох. – Очень на нее похоже.

– Чтобы хоть немного продвинуться, мне нужна поддержка.

Брови Коха поползли вверх.

– От меня?

– От кого угодно. Я не особо привередлив.

– Выходит, полиция не преуспела в своем расследовании?

– Говорить не о чем, – сообщил Фокс, закидывая ногу на ногу. – Кстати, вы упомянули о своем бизнесе… знаю, вы занимаетесь дамскими нарядами… Что, вы и ткани производите?.. У меня тут имеется записка от миссис Помфрет, если пожелаете взглянуть. Она просит прийти навстречу в…

– Все в порядке, – повел рукой Кох, отметая конец фразы. – Даже если сильно постараетесь, вам не переплюнуть оскорбительную наглость полицейских. Надеюсь, вы работаете не настолько топорно? Только представьте, они приставали к моим слугам с расспросами о гостях, которых я приглашаю в свой дом! – Кох широко улыбнулся. – Да, мы производим собственные ткани. Это что, имеет какое-то зловещее значение?

В его глазах танцевали веселые искорки.

– Я бы не назвал это зловещим. Свои ткани вы и окрашиваете сами?

– Естественно.

– Анилиновыми красителями?

– Ясное дело. Как и любой, кто берется… – На лбу у Коха возникла складочка. – Кажется, я сообразил, к чему вы клоните, но не вижу смысла. Если вы деликатно подводите разговор к нитробензолу, то мы используем его галлонами, и он пахнет в точности как цианистый калий, но ведь в виски Перри был добавлен именно цианид. Разве нет?

– Все верно. Я же сказал, что просто занимаюсь рыбной ловлей. Вы, случайно, не слышали о том, что пролитый на человека, даже только на одежду, нитробензол способен убить?

– Мне это прекрасно известно, причем не «случайно». Как и всякому, кто имеет дело с анилиновыми красками… – посерьезнел Кох. – Почему вас это интересует, вообще говоря?

– Ничего особенного. Скорее всего, ничего. Пронырливый детектив рассыпает загадочные вопросы, то есть для вас они, естественно, выглядят загадкой…

– Определенно. – Все еще хмурясь, Кох поднялся и подошел к краю стола. – Раз уж мы заговорили о загадках, вот вам еще одна. – Он поднял со стола вазу и покачал ее. – Только посмотрите на нее!

Фокс так и сделал без ярко выраженного интереса.

– Миленькая, – признал он. – А что?

– Миленькая? – округлил глаза Кох и, фыркнув, с нежностью погладил вазу.