Стая

 – Ты все такая же упрямая, самоуверенная пацанка… а обрезанные косы только подчеркивают это. Да и так обиженно сопеть, как моя дорогая сестричка, никто не может!

Нахмурившаяся было Кота махнула рукой и расхохоталась.

– И все же я другая!

– Тебе только кажется, – печально улыбнулся Солдес и пытливо всмотрелся в черные глаза. – Еще не прыгала? Вижу, что нет… Что медлишь? Тебе же хочется.

– Мне почему-то страшно, – неожиданно для себя пожаловалась Кота.

– Не бойся, – брат взглянул на нее со всей серьезностью. – Я рядом.

Кота медленно стянула рубаху без рукавов через голову и отбросила в сторону.

Когда девушка выпрямилась, кулон чуть покачнулся. Рядом с грязно-белой тряпкой на землю упали черные брюки, грубо обрезанные по колено. Кота медлила, словно растягивая секунды в струнки. Страх холодными пальцами стиснул сердце. Сжав кулаки так, что ногти впились в кожу, девушка нерешительно подпрыгнула над камнем… и провалилась в темноту.

– Кота! – голос звал издалека, как из глубокого колодца. Где-то текла вода… может, она на самом деле в колодце? Но откуда он в лесу?

Повернувшись на бок, девушка услышала протяжный стон.

Вздрогнула – стон оборвался. Перед глазами мерцала мутная пелена, не давая возможности что-либо разглядеть. Кота попыталась спросить, что происходит, но снова услышала протяжный стон. Поняла, что издает его сама. Зажмурилась и сжалась в комочек, как будто в поисках защиты.

– Кота, – снова осторожно позвал Солдес. – Как ты, милая?

– Хуже еще не было, – тихо прошептала девушка, явственно ощущая, как в голове вспыхивают искры боли. – Что со мной?

– Лежи спокойно, – приказал брат. – Скоро пройдет.

– Что пройдет? – раздраженно уточнила Кота, чувствуя, как темнота, сковавшая разум, отступает, а тело становится все более послушным.

Звук льющихся струй постепенно перешел в шепот, а потом совсем пропал. Перед глазами замаячил силуэт Солдеса. – Я что, в обморок упала? Только этого не хватало!

– Можно и так сказать, – задумчиво проговорил мужчина. – В обморок ли, не знаю. Но в прыжке вдруг застыла, точно тебя что-то держало, а потом рухнула прямо на камень… головой.

– То-то она так гудит, – девушка схватилась за виски, пытаясь унять пульсирующую боль. – Как не разбила, непонятно.

 – И тут ее вдруг осенило: – Но, Солдес! Это значит… что я больше не смогу стать волком?! Камень не пустил меня на ту сторону…

– Получается, что так, – растерянно промолвил брат, опуская глаза. – Я никогда раньше такого не видел. Даже Мотаса камень пропустил. Просто не изменил внешность…

– Он точно ревнует к камню Дороса стаи рыжих. Но я ведь не прыгала через него! Или просто не пустил меня, потому, что я не сняла кулон? – лихорадочно размышляла обнаженная девушка. Вскочив, упрямо тряхнула головой.