Стая

А под ней я увидел, – Лай, вслушиваясь в слова, так растерялся, что мигом забыл про масть новоявленного волка, коим по странной иронии судьбы являлся он сам, и оторопело посмотрел на туземца, – Сердце богини!

Волчья морда вытянулось от удивления. Интересно, какую часть под набедренной повязкой шаман назвал сердцем богини? Хотя, если смотреть под определенным углом, то немного похоже…

– Это был знак, – торжественно объявил жрец. – Великая Шактир забрала к себе племя… всех, кроме меня. Потому что доверила особую миссию! – Карие глаза величественно сверкнули. – Я должен помочь Лунному волку после смерти сразу обрести истинный облик. Это великая честь. Не каждый смертный удостоен ее еще до посещения логова Шактир.

– Великая Шактир забрала всех, – глухо произнес Лай, ощущая болезненный укол совести. Пусть магию спровоцировало заклятие неизвестного локки, но все равно это было его деяние. И кровь невинных жертв он ощущал на своих руках. – Погибло все твое племя!

– Священная воля Шактир, – спокойно произнес жрец. – Она пришла к нам сама. Это великая честь! А тебе уготовано обрести истину и стать под стать самой Шактир. Стать ее мужем!

– И смерть – честь, и жизнь – честь, – проворчал Лай, не понимая экзальтированного поведения жреца. – Так что ты со мною сотворил? Почему я, и вдруг – волк?

– Я призывал великую богиню, – скромно произнес тот. – Я принес жертвы: оружие, дощечки с древними письменами, сердце врага… благодаря тебе с этим не было проблем. Богиня благосклонно приняла все семь подношений, камень засиял ярче солнца!

– Какой камень? – с любопытством уточнил Лай. Кота обмолвилась как-то про священные камни рыжей стаи, один из которых был скрыт под каменной площадкой. Ему вдруг остро захотелось увидеть его.

– Вот этот, – жрец потянулся и, подняв заднюю левую лапу волка, указал на место рядом с хвостом. Шерсть там была менее густая и длинная, так что красноватый отблеск камня, что некогда висел на шее Коты, Лай узнал мгновенно. Багровый, переливающийся всеми оттенками зари, он был как будто вживлен в тело. Видение стало последней каплей, разбившей вдребезги камень рассудка. Перед глазами засверкали маленькие светящиеся точечки. Их становилось все больше и больше, пока мягкий свет, который они принесли, не окутал юношу, как уютное пуховое одеяло, вроде тех, которые харц покупал за баснословные деньги.

– Эй, проснись, – жрец настойчиво подсовывал под морду волка священный сосуд, в котором плескалась влага. – Выпей!

Лай неохотно вынырнул из сладких объятий глухого и теплого тумана. Подозрительно уставился на сосуд. Но внутри оказалась обычная вода. Странно, но она была свежей и чистой.

– Откуда это? – изумился он.