Сваха для дракона

Маленький мальчик, изгой и сирота, который попал в обучение к предыдущему верховному магу Геммина – сказка, а не жизнь! К огорчению Одхана, в каждой бочке сиропа есть капля горечи: старый волшебник не сильно доверял выбору артефактов, которые твердили, что костлявое создание с огненно-рыжими волосами станет его преемником, и Одхану вместо тайных знаний доставались лишь пинки и затрещины. С маленьким княжичем они были погодками, но видели друг друга лишь издалека. Очень серьезный, всегда с книгой под мышкой, Лоркан привлекал взгляды обитателей замка каждый раз, когда оказывался в поле зрения.

Одхан ужасно хотел с ним пообщаться – он был единственным ровесником на многие километры вокруг.

– Лично мы познакомились в тот день, когда у Кана произошел…приступ. Пламя пожирало его заживо, и никто не мог ему помочь. Восьмой Дракон рыдал, понимая, что вот-вот потеряет единственного сына.

– Никто не мог помочь – кроме вас, конечно же, – хмыкнула я недоверчиво, разглядывая искры, которые скакали по поленьям в очаге. За стенами бушевала гроза, в отдалении послышался звон разбитого стекла. Я представила, как жалобно завывает сейчас ветер на главной галерее дворца, и поежилась.

 – А что за приступ?

Одхан не догадывался, что тайна драконьей сущности Лоркана для меня вовсе не секрет, а потому, отвечал максимально уклончиво:"

"– Я не знаю точно, но у молодых драконов не всегда получается контролировать свою силу. И случаются…инциденты.

Я глубокомысленно закивала, слово принимая его объяснение за чистую монету. Пускай ломает комедию, я и знака не подам, что в курсе о том, что Лоркан – рубиновый дракон.

– И что же случилось?

Одхан посмотрел на свои ладони, как будто впервые их видел.

Или же спустя столько лет все еще не мог объяснить себе, как именно оказался рядом с Лорканом в миг, когда ему больше всего требовалась помощь. Голос его звучал глухо, словно доносился ко мне через плотную пелену воспоминаний.

– Дворец объяло огнем – в эпицентре находился Кан. То, как быстро распространялось пламя…ему никто не смог бы помочь. Старик-маг пытался, надо отдать ему должное, изо всех сил, но, когда ему дочерна обожгло руки, толка от него стало ноль.

Я представила себе эту сцену: маленький мальчик, выбившаяся из-под скудного контроля мощь.

Треск паркетной доски, которая лопалась и вздувалась под воздействием жара. Паника, истерика, безнадежность… Они пропитали меня, словно запах гари. Я чуяла его так, словно что-то полыхало совсем рядом, отправляя и меня, и Одхана едким дымом. Видения были слишком реальны, и я уставилась на волшебника, сидевшего до подозрительности невинным видом.

– Ваши проделки? – я разогнала ладонью призрачный образ полыхающего дворца, словно облако дыма, и нахмурилась. – Просила же – без фокусов.