Сваха для дракона

Все, во что ты верил, оборачивается картонными декорациями, хлипкими и фальшивыми. И из глубины сцены, цепко и внимательно, за тобой наблюдает истинная тьма.

– Видимо, считает, что Вергельд обманул его, когда встал во главе княжества, – прохрипела я, оглядываясь в поисках воды – от напряжения горло постоянно пересыхало. Пузатый графин стоял на прикроватном столике, но я была слишком слаба, чтобы поднять его. Лоркан понял все и без слов – наполнил бокал на половину, протянул мне.

– Дракон-Отец славился своей добротой и благородством, заботой о людях, что выбрали его своим правителем. Истинным князем провозгласили его подданные, а не он сам, – произнес Лоркан, полностью уверенный в своей правоте, – а о существовании Эрооло забыли, как о страшном сне. Значит, были на то причины.

Что ж, спорить было не о чем. Людская память коротка: аралионцы стерли существование второго дракона, изгнанного из родных земель. Позабыли о страшной трагедии, когда брат пошел против брата, надеявшись, что таким образом сотрется и боль, которую Эрооло успел причинить. О том, что ее было с лихвой, я прочитала в глазах Вергельда.

– С какой же силой до сих пор грызут его зависть и ненависть, – задумчиво протянул князь, невесело усмехаясь, – что он, не покладая рук, пытается меня убить? И вообще, не помню, чтобы хоть кто-то из моих родственников прожил так долго!

Наверняка, его питали злоба и ненависть, продлевая и без того долгую драконью жизнь. Я вспомнила слова Дракона-Отца: «Хочет прийти на все готовое». Если Эрооло и стоял за покушениями на Девятого Дракона, то осуществлял их не сам. Загребал жар чужими руками, оставаясь в стороне. Предпочитал наблюдать, как исполняется его грандиозный план мести и возвращения былого величия. Но зачем ему убивать Лоркана? Ответ вертелся на кончике языка, но я никак не могла ухватить мысль за хвост. Она, словно экзотическая птица, ускользала и дразнила меня разноцветным оперением.

На мой недоуменный взгляд князь рассмеялся, как будто ответ был очевиден даже ребенку:

– Я последний прямой потомок Вергельда. Умри я, ничто не помешает Эрооло вернуть себе трон. Черная птица расправит свои крылья над Аралионом, и не будет никому пощады.

Звучало логично, но что-то все равно не давало покоя.

– Если так и есть, то кто его дети? Кто вставляет палки в колеса? Вергельд подтвердил – их трое, один бы не справился.

– Ну, могу назвать сразу двоих – Агне и Аста, дети вьюги. Я слышал от отца, что старый князь сомневался, его ли они дети – слишком уж странными они росли. Не смотря на все заверения супруги о ее верности, трон им занимать запретили. Так и слоняются по форту Касан, княжичи без власти.