Табу на вожделение. Мечта профессора (СИ)

При этом он уставился на Юлю твердым, но почти безумным взглядом. Шальным. Не мигая. Его лицо выглядело угрюмым, измученным.

Девушка шумно сглотнула. Одна странная мысль не давала ей покоя.

«Боже! У меня от этого взгляда колени дрожат, и сердце в груди заходится! Почему он смотрит на меня так, словно… скучает?»

Тряхнув головой, девушка попыталась избавиться от наваждения.

И с удивлением обнаружила, что Марат проделал то же самое.

А после криво усмехнулся:

— Не трясись, Попова! — поднял руки вверх, освобождая от своей вынужденной близости. — Не съем я тебя! По крайней мере… сейчас!

* * *Ничего не ответив, Юля торопливо соскользнула с его колен и отошла на безопасное расстояние.

Ее щеки от смущения полыхали огнем.

Виновато уставившись на своего работодателя, она тихо обронила:

— Простите, Владимир Маркович!

Тот лишь отмахнулся, хмуро поглядывая на Каримова:

— Не бери в голову, Юля! Ступай работай! А нам пришли другого официанта.

Внутри зародился ярый протест:

— Зачем? Я ведь уже приняла часть заказа!

— Мне показалось, тебе не очень приятно находиться рядом с…

— Я справлюсь!

— Ну, как знаешь, — развел руками владелец клуба.

 — Тогда записывай.

Приняв заказ у Назимова, Макарова и Стрельцова, девушка вновь устремила свой взволнованный взор на Марата. И… внутри стало как-то пусто.

Он опять наблюдал за танцовщицей, извивающейся у шеста. Пусть без интереса в глазах. Пусть с абсолютно отсутствующим видом. Но наблюдал.

И это знание причиняло Юле нестерпимую боль. Но вот незадача.

Ее боль (почти всегда) шла об руку с невероятной дерзостью.

Вот и сейчас, в который раз поддавшись эмоциям, девушка сухо отчеканила:

— Вы будете делать заказ?

— А как же!

— В таком случае…

— Что?

— Смотрите в меню, Марат Евгеньевич! Нечего на сцену пялиться!

Каримов расплылся в странной ухмылке и прищурился:

— Это почему же?"

"«Потому что я… я… о, черт! Даже знать не хочу почему!»

— Ладно… как хотите!

Улыбаясь через силу, она развернулась, намереваясь удалиться.

Но услышала в тот же миг:

— Я, вообще-то, голоден!

— Меню перед вами. Кнопка вызова на столе.

— Попова, не борзей! — прогромыхал он таким тоном, что Юля не посмела ослушаться. Вернулась к их столику, терпеливо ожидая, когда он наконец выберет для себя блюда.

Листая меню, Каримов задумчиво протянул:

— Закажи мне что-нибудь на свой вкус…

— Исключено!

— Почему?

— Не хочу оказаться крайней, если вам что-то не понравится!

— Мне все понравится. Заказывай.

— Юля, включи ему в заказ самые дорогие блюда, — беззлобно фыркнул Назимов. — Хоть заработаешь немного на его вредности. Задолбал!

Будучи не в силах сдержаться, девушка зашлась в приступе дикого хохота.

— Хорошо, Владимир Маркович! Я так и сделаю!

Уйти у нее не получилось и на этот раз.