Табу на вожделение. Мечта профессора (СИ)

И мужчина триумфально улыбнулся, понимая причину ее растерянности.

— Ты в порядке? — уточнил, не узнавая собственного голоса.

Сражаясь за дыхание, Юля смущенно кивнула и нервно облизала губы.

Губы, на которые ему хотелось наброситься вновь. Инстинктивно. Рефлекторно. Губы, которые он желал терзать долго и беспощадно.

«Спокойно! — твердил сам себе. — Угомонись! Не здесь же! Не… сейчас!»

Заправив ей за ухо выбившуюся прядь волос, Марат прожег ее лихорадочным и наверняка поплывшим от вожделения взглядом.

— Уйдем отсюда?

Она засомневалась. Нахмурилась.

Шумно сглотнула.

— Поедешь со мной? — уточнил он чуть более требовательно.

И облегченно выдохнул, когда Попова робко кивнула.

Просто кивнула, даже не уточнив, куда. Зачем. И для чего.

«Ох, пташечка! — внутреннего ликования сдержать не смог. — Я только что вручил тебе билет в один конец! И ты им воспользуешься! Воспользуешься!»

Машинально посмотрев немного левее, Каримов почувствовал, как в нем вновь поднимается волна бесконтрольной животной ярости.

Желание оторвать башку той суке, которая причинила Юле так много боли, становилось все более навязчивым и нестерпимым.

Оно перекрывало даже зов его плоти. Дикий мощный зов.

Так уж вышло, что Марат все слышал. Каждое их долбаное слово.

И не только он. Столик, за которым отдыхала Попова в компании Муравьевой и Закеевой, располагался на значительном расстоянии от стола, выбранного Назимовым для встречи с друзьями. Но… от столика этой самой Кристины их отделяло не более четырех метров! Он сразу почувствовал неладное, ибо слишком пристально наблюдал за Юлей весь вечер.

Впрочем, Егор (хоть и получал регулярные резкие замечания от своей пышногрудой спутницы) тоже частенько поглядывал в их сторону.

Неудивительно. Девушки находились в центре внимания. Веселились от души. Громко смеялись. Шутили наперебой. И танцевали, как последний раз в жизни. Лично ему стоило больших трудов не вмешиваться и не портить отдых своим студенткам. Вернее, одной из них. Сперва все шло хорошо.

Но потом какой-то дегенерат начал подкатывать шары к Антонине.

О! Это было незабываемое шоу!

Все за их столиком (да и в зале в целом) с небывалым интересом следили за ходом столь комичного пикап-сеанса.

А уж когда эти двое начали друг другу «серенады» посвящать… Да! Над креативным ответом Тони до слез хохотал даже Мазур! Чего греха таить? Марат и сам давненько так сильно не смеялся."

"Только вот своим же смехом и подавился спустя пару секунд — увидел, как резко и внезапно напряглась Юля. Как помрачнела, будто почувствовав опасность. Как принялась настороженно озираться по сторонам в поисках угрозы. В какой-то момент ему показалось, что она его заметила.