Табу на вожделение. Мечта профессора (СИ)

Пока он молча суетился у плиты, Попова навела порядок на кухне — убрала с пола разбитую посуду, остатки продуктов и быстренько протерла кафель шваброй, которую ей любезно предоставил ее профессор. Затем, вымыв руки, все дружно уселись за стол. Однако довольно скоро девушка обнаружила, что не голодна. Что после всего произошедшего ей попросту кусок в горло не лезет. Тяжело вздохнув, Юля отодвинула от себя тарелку с недоеденным завтраком и отрицательно покачала головой:

— Спасибо! Я наелась…

— Я тоже наелся! — подражая ей, воскликнул Артем.

— Если наелся, — невозмутимо сообщил ему Марат, — беги играй.

Но… если хочешь остаться с нами, придется все же опустошить это, дружок!

Под его строгим выжидающим взглядом мальчуган призадумался.

Затем все так же молча принялся медленно поедать свой омлет.

Удовлетворенно хмыкнув, Каримов вновь сосредоточился на девушке.

— Теперь ты, — прозвучало чуть мягче. — Говори прямо — что тебя тревожит?

«Да все! — взревела беззвучно. — Все, черт подери!»

Но вслух произнесла довольно сдержанно:

— Мне как-то не по себе. Я чувствую себя виноватой.

— Почему?

— Из-за меня же все произошло, — она судорожно втянула воздух носом и часто-часто заморгала, опасаясь снова разреветься.

 — Из-за меня ты…

Покосившись на Артема, Юля замолчала.

Но про себя мысль закончила:

«Разругался с собственной матерью! И выгнал ее из своего дома! Боже!»

Сердце болезненно сжалось в груди. Дышать вновь становилось трудно.

Марат сжал губы в тонкую линию. А после подался вперед и бережно накрыл ее ладонь своей ладонью. Крупной. Сильной. Горячей.

Этот жар проникал прямо в ее душу. Прямо в нутро. Просачивался под кожу.

Струился по венам. Точно завороженная, она не мигая уставилась в его бездонные темные глаза, опасаясь даже шелохнуться лишний раз.

— Ты ошибаешься, — произнес мужчина с легкой хрипотцой в голосе. — Все произошло по ее вине. И она прекрасно это знает!

— Но…

— Иди ко мне!

Юля вздрогнула, покрываясь мурашками с ног до головы.

Вновь взволнованно покосилась на Артема.

— К… тебе? — уточнила внезапно севшим голосом. — Куда к тебе?

Каримов улыбнулся, прожигая ее до жути странным взглядом.

— Идем! Я покажу!

Не чувствуя ничего, кроме пульса, грохочущего где-то в горле, она безропотно поднялась со своего места и с нарочитой медлительностью направилась к нему.

Шаг. Второй. Третий. В последний момент Каримов мертвой хваткой вцепился в ее запястье и настойчиво потянул девушку вниз, вынуждая плавно осесть на его колени. В тот же миг он обнял ее. Крепко.

И внимательно заглянул прямо в глаза. Так цепко и проникновенно, что у Юли голова пошла кругом. Хватая воздух раскрытым ртом, она с замиранием сердца ожидала его дальнейших действий.