Табу на вожделение. Мечта профессора (СИ)
Он — ее большущая проблема… Наглый, заносчивый, циничный, ожесточившийся на весь белый свет профессор экономики, получивший среди студентов громкое прозвище «Серп». В период сессии он же — судья, палач, дьявол. Она — заноза в его грешных мыслях… Девочка из глубинки, оказавшаяся в сложном положении, но всеми силами цепляющаяся за свое место под солнцем. Дерзкая. Упрямая. Чертова заучка. Они — два человека, страсть между которыми невозможна. Запретна. Смешна. Но только не в мечтах! Только не в мечтах! — Станцуй для меня! — ЧТО? — Сними одежду и станцуй! Пауза. Шок. И гневное: — Не буду! — Будешь! — Нет! Если я работаю в ночном клубе, это еще не значит… — Значит, Юля! — загадочно протянул Каримов. — Еще как значит!
— Просто доверься мне!
И противиться этому призыву было крайне сложно. Поразмыслив немного и придя к выводу, что она все же может попытаться найти другую работу, если с деньгами станет совсем туго, кивнула:
— Хорошо.
Будто не веря собственным ушам, Марат замер, удивленно вскинув брови.
А после стиснул ее в объятиях так крепко, что Юля поморщилась от боли.
— Ну, наконец-то! — пробормотал, довольно урча. — Умничка!
Затем он извлек из кармана свой мобильник и набрал номер Назимова. Попова взволнованно прикусила губу, когда Каримов включил громкую связь и водрузил телефон на стол.
Пространство заполнили короткие гудки.
— Здорово! — вскоре раздался голос ее начальника.
— Живой, что ли? — иронично поинтересовался профессор. — Не сдох еще после вчерашнего?
— Сука! — дико загоготал Назимов. — Не дождешься!
— Ловлю на слове!
— Хорошо, что позвонил! Я и сам набрать тебя собирался…
— Даже так? — протянул Марат. — Случилось чего?
— Типа того!
— Володь, не пугай меня!
— Да не… новость хорошая. Расслабься.
— Вещай уже!"
"— Даже не знаю, с чего начать-то, — хмыкнул Владимир Маркович.
Каримов ошарашенно присвистнул:
— Вот это твоя свояченица дает!
— Веришь? Сами в шоке! На нее это вообще непохоже!
— Передай ей мою благодарность! Если все срастется, в долгу не останусь! Спасибо, дружище!
Назимов довольно забубнил в трубку:
— Да брось! Свои люди — сочтемся! А ты… чего звонишь-то?
Мужчина выразительно посмотрел на Юлю.
— Не я! — отозвался равнодушно. — Тут с тобой поговорить хотят!
— Кто?
— Здравствуйте, Владимир Маркович! — пропищала Попова, зажмурившись до белой ряби в глазах.
— Сама уйти решила? — перебил ее Назимов. — Или он заставил?
Юля задумалась. Крепко задумалась. Зато спустя несколько мучительно долгих секунд произнесла с небывалой легкостью и уверенностью в своих словах:
— Сама!
Глава 42
В общежитие Юля вернулась далеко не сразу.
Пришлось задержаться в доме Каримова по ряду причин…
Во-первых, «переговоры» относительно ее увольнения из «Запретного плода» затянулись.

















