Тайный ребенок олигарха

Быстро помогает мне переодеться, сам одевает пальто и всовывает в руки мою сумку с документами.

Подхватывает меня на руки и несет в машину. Аккуратно кладет на заднее сидение, заставив сфокусировать взгляд на нем.

– Все будет хорошо, верь мне, ладно? Сейчас главное дыши, я буду ехать быстро, но аккуратно.

– Я верю тебе, – отчаянно киваю, закусывая губы и стараясь не подпустить страх в сознание. Он парализует, делает меня неадекватной, лишает рассудка. Тимур прав: я должна быть сильной и думать об Арслане. Я же обещала ему и себе бороться до последнего. Мы больше не одни! Наш папа с нами, и он не даст нас в обиду.

– Тагир Тимербекович, планы немного изменились. У моей жены отошли воды. Вы нам очень нужны. Да, мы уже в пути. Нет, я везу ее в госпиталь. Это единственная клиника, которой я доверяю. Спасибо, жду.

Я дышу, проживая очередную схватку, и ловлю взгляд Тимура в заднем зеркале, он как раз закончил разговор.

– В родовой будет лучший кардиохирург. Отправил ему твои документы, он обнадежил. Так что, девочка, просто соберись и внимательно слушай врачей. Не бойся: я всегда буду рядом и не позволю, чтобы что-то пошло не так.

Я киваю, слегка улыбаясь. Берегу силы. Потому что с каждой минутой схватки становятся больнее, а сдерживать стоны все сложнее. Но я верю Тимуру. Откуда-то во мне поселилась слепая уверенность, что он говорит так, как есть: Кадыров не позволит умереть нашему сыну. Зубами вырвет его жизнь у всех и спрячет за своей широкой и надежной спиной."

"Неожиданно во время очень больной схватки, во время которой я не выдерживаю и все же кричу, чувствую влагу между ног.

– Тимур, – ошарашенно бормочу, глядя на подрагивающие и леденеющие пальцы с алыми пятнами на них, – у меня кровь…

Кадыров не оборачивается, но я чувствую, что он прибавляет скорость и едет еще быстрее.

– Спокойно, малышка, мы почти рядом. Все хорошо, нас уже ждут.

Мы доезжаем через пять минут, и Тимур несет меня на руках к крыльцу госпиталя, где нас уже ждет бригада врачей.

– Буквально несколько минут назад открылось кровотечение. Воды отошли минут двадцать назад, – слова Тимура доносятся как сквозь толщу воды. Потому что мной снова овладевает паника, и мое тело колошматит, как в лихорадке. Каталку быстро куда-то везут, проводят какие-то манипуляции, но все это проходит мимо меня.

«Малыш, маленький, пожалуйста, держись. Пожалуйста, не бросай меня. Я же так тебя люблю! Я не смогу без тебя! Пожалуйста, малыш, только живи! Мы с папой тебя очень ждем!».

Я понятия не имею, сколько проходит времени, я как будто нахожусь в прострации, максимально отстраняюсь от всего происходящего.