Тень Великого Древа (СИ)

Животный страх сменился эйфорией: только что могли сдохнуть, а вышли с победой! Мартин тычет Джоакина в бок:

- Вот тебе и подвиг! И нечего скакать, враги сами к нам пришли.

- Да уж. Но вы, скажите Лауре, что это я опомнился первым. Я показал, где кому стоять!

- А я придумал рубить деревья. Не забывай, браток!

Лахт Мис подходит к клетке:

- Благодарю за помощь, господа. Атака отражена благодаря вашим усилиям.

- Спасибо, сударь. Вы тоже ничего. Закатники дрались, как звери.

Закатники продолжают драться – только не здесь, а на дороге, на западном въезде. Грохотом накатывает новая атака, поют мечи, стонут доспехи, Персты мечут блики на кроны деревьев.

- Идем туда, поможем Льду, - предлагает Джоакин.

- Лучше два подвига, чем один, - соглашается Мартин и спрыгивает с крыши повозки.

Джоакин тоже соскакивает на землю. Говорит Лахту Мису:

- Принимайте оборону на здешнем участке. Мы идем на помощь Льду и Хорису.

Закатник кивает. Мартин делает такое лицо, будто собрался пошутить. Глаза хитрые, самодовольные, он заранее уверен в качестве шутки. Раскрывает рот и говорит…

- Каайрыыы!

Джо хлопает глазами. Целый вдох не может понять: в чем шутка, что же тут смешного? Да и голос какой-то странный.

- Каааай…

Кричит кто-то другой, не Мартин. За спиной Джоакина, на стене из телег. Кричит – и срывается на хрип. Джо оглядывается. Джо видит.

Из леса выныривают черные плащи. Они не орут, в отличье от медведей, не гремят щитами. Возникают, рождаясь из черноты, и молча бросаются в атаку. Проскакивают сквозь дыры в стене фургонов, зажигают искры мечей.

- К бою! Сомкнуть щиты!..

Это кричит Лахт Мис, и закатники исполняют, но слишком медленно. В сравнении с кайрами они вялы, как сонные мухи.

Тени появляются тут и там. Влетают между закатников. Буквально протекают сквозь строй.

- Мартин, за мной! – кричит Джоакин и мчится назад, к телеге с клеткой.

Хватается за прутья, чтоб залезть. Внезапным движением Иона втыкает в его руку огрызок кости. Пальцы разжимаются, Джо падает с телеги. Лежит на спине, в голове гудит. Опрокинутое небо с луной, перевернутые деревья в красных бликах. Перкинс ведет огонь Перстом Вильгельма. Перевернутые фургоны с фигурками солдат. Черные тени. Льются сюда, внутрь лагеря. Тьма!

Джоакин перекатывается на живот, наводит Перст.

Один из кайров на бегу вскидывает арбалет, звенит тетива, болт режет землю у самого носа. Кайры все ближе, мечи полыхают в руках. Не успеть ничего: ни встать, ни пострелять. Три вдоха – и они тут. Джоакин катится вбок, назад, под телегу. Вонзается в дерево болт, ломает спицу в колесе. Джо ползет, как змея. Пролазит под осью, дальше, вглубь, к середине днища. Слышит топот. Кайры бегут к телеге."

"Выпростав руку, он ложится на живот и мечет плеть. Одну, вторую, третью. По ногам – ничего кроме ног он не видит.