Тень Великого Древа (СИ)

Городская стена, в отличие от замковой, имела дощатую галерею и дубовые ворота. Галерея уже пылала, ворота пали, Персты Вильгельма били в проем, расчищая дорогу для штурмовой пехоты.

Менсон погрыз кончик бороды:

- За два года падает третья столица. Посыпались, как яблоки…

Юхан Рейс подвел Птаху ближе к городу, чтобы лучше разглядеть штурм. Всех поглотила грозная и величественная картина.

Пылала стена, надвратная башня превратилась в факел. Камнеметы и смоляные котлы стали топливом для пожара. Защитники разбегались, спасаясь от огня. Многие прыгали со стены прямо на мостовую.

А сквозь выбитые ворота стремительным потоком вбегали штурмовые отряды. Синхронно развертывались, растекались в переулки – точно кровь по сосудам. Деловито вырезали защитников, но бегущих не преследовали – имелась иная задача. Пехота Хориса заняла Привратную площадь и два квартала вокруг нее, тем самым расчистив плацдарм. Четырьмя отрядами туда въехала конница. Каждый отряд напоминал стальную коробку с драгоценным грузом внутри. Тяжелые всадники двинулись по улицам не рысью, но шагом. Твердо, неспешно, методично они давили сопротивление. Конники топтали и рубили тех, кто попадался на пути. А если кто-нибудь выглядывал из окон, открывали огонь Персты Вильгельма. Стрелки били мгновенно, реагируя на любое движение. Кто бы ни показался в окне – мужчина, ребенок, кошка – в ту же секунду вспыхивал огонь. Малейший шорох, скрип ставня, дрожь занавески – и сразу удар Перстом.

- Эффективная тактика, - отметил Адриан. – Генералы, примите на вооружение: если нам доведется штурмовать город с применением Перстов…

- Ваше величество, вряд ли будет нужда! Бунтари так успешно убивают друг друга, что к Новому Году совсем переведутся.

Владыка ответил улыбкой. Он был расстроен нарушением планов, но взбодрился, наблюдая любимую картину большинства янмэйских императоров: резню между Великими Домами.

Битва за город близилась к концу, и Птаха без Плоти порхнула на северный фланг. На радость зрителям, тут бушевало сражение. Под командованием самого Рихарда Ориджина альмерцы и шейландцы подошли к валу, за которым засел агатовский батальон. Кайры Первой Зимы стреляли всем, что имели.

Арбалетчики по команде поднимались над валом, давали залп – и сразу ложились, прячась от Перстов. Длинные луки со стен замка пускали сотни стрел. Требушеты обрушивали на врага тяжелые глыбы. Под градом железа и камней корпус Рихарда отважно вышел на позицию атаки и начал штурм предполья.

Перстоносцы окатили вал дождем огня, а затем тяжелая пехота пошла на прорыв. Прикрывшись щитами, выдерживая строй, латники подбежали к валу и полезли наверх. Конечно, вал был облит водой и заледенел, как каток.