Трое из Леса. Первая трилогия

Но неизбежно дробится на племена, те начинают жить самостоятельно, тоже превращаются в народы… Всякий раз неуловимо и медленно меняются язык, обычаи, обряды, имена. На сегодня уже не осталось и следов того Первого Народа, который был сотворен Родом… Правда, говорят, где-то в лесах Гипербореи… но это только легенды. Да и никакой Гипербореи нет. Но все народы меняются по-разному и с разной скоростью.

Олег рухнул на колени, вскричал громко:

– Скажи! Скажи, сколько мы… проспали?

Рука Мрака упала на его плечо, но в ней жизни не было. Олег чувствовал, что оборотень даже не пытается ни поднять его, ни утешить.

Такое утешить невозможно.

Раджа удивился:

– Сколько? Да несколько часов.

Олег раскрыл рот. Мрак икнул, пошатнулся. Волхв прошептал раздавленно:

– Не понимаю… А сколько эта ночь длилась? Тысячу лет или больше?

Раджа шевельнул кистью – советник угодливо выступил вперед, подхватил невров под руки. Стар он был, но силы хватило, чтобы буквально вытащить невров из дома.

На крыльце сказал терпеливо:"

"– Раджа не может объяснять такие очевидные вещи. Мы – самый быстроменяющийся народ.

Еще днем мы были алазонами, верно. У меня другой подход, я не считаю, что надо стыдиться дикарского прошлого. Наоборот, тем виднее, как далеко мы ушли. Теперь мы – аласафы. С другими именами, взглядами на мир.

Все стойбище было заполнено работающим народом. Строили дома, рыли ямы, вбивали туда осмоленные бревна. Работали с упоением, как могут работать только без понуканий, на свое будущее.

Мрак ошеломленно оглядывался. Олег спросил напряженно:

– Я все равно ничего не понял… Но когда вы соберете войска? Войско Ящера уже рушит мир!

Советник развел руками, обхватывая дома и народ.

– Взгляни! Разве это народ воинов?

– Но Ящер…

– Мы против войн. Ими нельзя ничего решить. Таково мировоззрение нашего народа.

Олег ощутил, как сердце оборвалось.

– Но вчера мы договорились…

– Вы договаривались с алазонами.

– Но ваша кровь, ваши… Боги, но это же были вы!

Советник непреклонно качнул головой:

– Нет. То были алазоны. Глупое и воинственное племя. Грех так говорить о своих пращурах, но родню не выбирают. Нелепо, если бы у нас был тот же путь, как у них. У них в старину, говорят, почти все решалось войнами…

Мрак завопил, оттолкнул Олега:

– Какую старину?! Это было днем!!!

– Это было давно, – ответил советник непреклонно.

Его старческий глаз начал наливаться кровью, угрожающе заблестел.

Мрак рявкнул так, что ближайшие аласафы бросили бревна и начали прислушиваться:

– А как же Жезл Мощи с его волшебным Алатырь-камнем? Вы же взяли в уплату за помощь?

Глаз советника стал багровым, вылезал из орбит. Лицо тоже побагровело, стало нехорошим.

– Его взяли алазоны.