Творец слез

Но какой же реальной, из плоти и крови, она сейчас была…

Он обнял ее и зарылся лицом в ее волосы, как делал каждую ночь. Ему хотелось раствориться в аромате ее духов, найти утешение в неизбывной сладкой горечи мгновений, когда Ника, вместо того чтобы убежать, баюкала его в объятиях, обещавших никогда не размыкаться.

Все было таким осязаемым в этом сне. Ее крохотное тело дышало и пульсировало рядом с ним…

***

Что-то щекотало подбородок. Я мотнула головой и ощутила щекой прохладную подушку. Щебетали птицы, окружающий мир уже проснулся, но мне потребовалось некоторое время, прежде чем я решила открыть глаза.

Тонкие ниточки света проникли под ресницы, и я сонно заморгала, видя, как реальность вокруг меня медленно принимает ясные очертания. Постепенно я осознала, что нахожусь в довольно странном положении: мне жарко, я почему-то не могу пошевелиться, комната вроде бы не моя и вдобавок что-то попало мне в глаза и мешало смотреть. Это были волосы.

Волосы?!

Ойкнув, я обнаружила рядом Ригеля. Он лежал, прижавшись ко мне мускулистой грудью, носом я чуть ли не утыкалась в его широкое плечо. Ригель обнимал меня за талию.

Его лицо спряталось где-то в изгибе моей шеи, я чувствовала его теплое дыхание.

Наши ноги переплелись, а простыня свисала с кровати, сброшенная неизвестно когда. На мгновение я забыла, как дышать.

Я уставилась на свои руки: одна лежала под шеей Ригеля, пальцы другой утонули в его черных локонах.

Мой мозг отказывался понимать, что все это значит. Горло сжалось в спазме, как при приступе клаустрофобии, сердце забилось о ребра.

Как мы до такого дошли? Когда? Как меня угораздило лечь на его кровать? А одеяла? Одеял тоже не было?

Я чувствовала под собой его руки, втиснутые между матрасом и моим телом, сжимающие меня одновременно нежно и крепко.

Ригель… Ригель обнимал меня. Он дышал мне в шею.

Тот, кто запрещал к себе прикасаться, прижался лицом к моей шее, а его тело было так близко к моему, что я не понимала, где начиналась я и где заканчивался он.

В это невозможно поверить.

Я попыталась отодвинуться, и тут запах его волос ударил мне в ноздри. Аромат накрыл меня с головой, как большая волна. Я не смогла бы его описать. Такой же сильный, коварный, дикий, как и сам Ригель.

Дождь и гром, мокрая трава, тяжелые тучи и грозовые раскаты…

Ригель пах грозой. Чем пахнет гроза? Я отвернулась, чтобы избавиться от этого запаха, но тщетно. Мне нравился его запах, и он мне знаком. Очень странно, но я подумала, что он мой. Я с детства обожала стоять под дождем, пока одежда не промокнет насквозь, любила ветер за то, что он такой свободный, и столько раз обнимала небо… Запах Ригеля меня пьянил.

Кажется, я схожу с ума.

Я закрыла глаза, стараясь не дрожать в его руках, от которых всегда убегала.