Творец слез

Я становилась воском в его руках от его горячего, судорожного дыхания… Руки порывисто гладили меня, как будто хотели дотронуться и до моей души, но в то же время и боялись этого. Я не понимала, почему он дрожит, и, пытаясь передать ему свою безмятежность, нежно гладила его затылок, плечи, мягко посасывала его губы. Он обхватил меня крепче, и влажный звук его поцелуя смешался с хриплым дыханием, его горячий язык обжег мой рот.

Ригель не целовал меня — он медленно пожирал меня. И я отдавала себя ему на съедение, потому что только этого и хотела. Я неосторожно прикусила его нижнюю губу, и он застонал, приподнял меня и усадил к себе на колени.

Я обхватила его бедрами, и он гладил их, гладил жадно и порывисто, а потом сомкнул руки у меня за спиной и прижал теснее к себе."

"Его горячий и ненасытный рот овладел моим, ошеломляя, не позволяя вдохнуть. Я прильнула к Ригелю, и его властные руки прижали мои бедра к паху, отчего у меня перехватило дыхание. Голова кружилась, было трудно дышать. Ригель начал тереться об мои бедра, и я испытала нечто, похожее на панику, но это ощущение сопровождалось сладкой дрожью во всем теле.

Ригель так крепко прижимал меня, как будто хотел слиться со мной. Горячее ощущение нарастало, и, когда он опять прикусил мои губы, я не смогла сдержать стон. Я обхватила его плечи и сильнее стиснула ноги.

Рука Ригеля на моем бедре.

Его натиск и дрожь.

Губы, судорожное дыхание, язык, стоны…

Не знаю, что с нами было бы, если б нас не прервали. В дверь позвонили, и я резко подскочила. Мы оторвались друг от друга. Ригель уткнулся губами в ложбинку у моей ключицы. Его руки все еще обнимали меня, а мышцы на ногах слегка подрагивали от напряжения.

В отличие от меня Ригель умел себя контролировать. Его мощное тело размеренно вибрировало, в то время как я просто-напросто не чувствовала своего, я будто онемела и не знала, как привести себя в чувство.

Когда в дверь позвонили снова, я поняла, что мне пора выходить из сладкого ступора. Ригель неохотно отпустил меня.

С горящими щеками и растревоженным сердцем я пошла открывать дверь.

— Анна! — воскликнула я, обнаружив ее в прихожей. Я взяла у нее из рук огромный пахучий букет цветов и понесла его на кухню, пока она, отдуваясь и пыхтя от усталости, шла следом с пакетами, полными продуктов.

— Ну и денек! Столько клиентов! Сегодня не было ни минуты передышки…

Пока Анна выкладывала покупки на стол, я поставила цветы в вазу и невольно залюбовалась ими. Как всегда, они были прекрасны. Анна заметила мой восхищенный взгляд и лучезарно улыбнулась.

— Что, нравятся?

— Очень красивые, — ответила я, завороженная их красотой. — Кто-то сильно обрадуется. — О нет, Ника, они не для доставки, а для тебя.