Узел

— Когда? — после секундной паузы спрашивает подруга, почему-то не выразив особенного удивления.

— В прошлую субботу.

— И что? — Григорьева, теперь уже Яковлева, покусывает губы и ерошит свои короткие, уложенные в стильном беспорядке волосы. Она всю жизнь носит короткую стрижку и часто экспериментирует с цветом волос. Сейчас остановилась на платиновом блонде, что совершенно правильно. Этот цвет делает ее темные глаза невероятно выразительными.

— И ничего, — вздыхаю я, глянув наверх. — Все время кажется, что эта полка с книгами мне на голову упадет…

— Переспали?

— Нет.

— Плохо. Очень плохо.

Я не успеваю ничего ответить по этому поводу, к нам заглядывает Славка:

— Тая, какой галстук надеть? Этот или этот?

— Тот, что в правой руке, — не оборачиваясь, отвечает она.

Это для меня Григорьева-Яковлева — Тося, а муж любовно зовет ее «Тая».

— Ты даже не посмотрела!

Тая поворачивается и по-женски придирчивым взглядом смотрит на галстуки.

— Я же сказала: тот, что в правой руке!

— Что случилось? — интересуется Славка, замечая настроение жены.

— Наську на секс уговариваю.

— Серьезно? — любопытствует он.

— Не радуйся, не с нами!

— Тьфу, блин, а я уже подумал, что мечта моя сбудется. Наськину грудь тисну, — как будто разочаровывается и уходит.

— Мечта?! — восклицаю я. — Слава, вернись! Иди сюда, на — потрогай! Мечты же обязательно должны сбываться!

— А можно? — снова заглядывает он.

— Конечно, можно!

Славик будто раздумывает, сведя в одну линию густые брови, а мы с Тоськой падаем со смеху.

— Нет. Ты сейчас отнимешь у меня мечту. О чем я тогда мечтать буду?

Я хохочу. Тося тоже.

— Яковлев! — кричит она. — Это что за страдания по сиськам? Говорила же тебе, дай денег, и будет у нас новая грудь! Сделаем еще лучше, чем у Климовой.

— Нет!

— Яковлев, ну дай денег на новые титьки!

— Нет!

— Жмотяра!

Яковлев тоже басовито хохочет откуда-то из прихожей.

— Подожди, я их провожу и поговорим спокойно.

Таисия ставит свой бокал на маленький столик из спила дерева и на некоторое время оставляет меня одну. Я жду, пока она проводит мужа и дочь. Слава должен отвезти Иринку к своим родителям на выходные. У самого же наметилась какая-то встреча с друзьями, а Тося, как обычно, участвовать в этом отказалась. Она давно не напрягается, что муж ходит куда-то без нее.

— И что? — снова спрашивает Григорьева-Яковлева, вернувшись ко мне с двумя чашками крепкого кофе.

Вино мы допьем позже, после кофе. У нас с Тоськой свои привычки, и нам все равно, даже если кому-то наши вкусы покажутся дикостью.

— И ничего, — повторяю я.

— Неужели Леднёв потерял квалификацию? Он же олимпийский чемпион по укладыванию Климовой в постель.