Вечный капитан

Впрочем, международной торговлей постоянно занимаются только крупные храмы, которых всего три, а остальные — от случая к случаю. Чтобы впустили с оружием в город (оставлять на судне оружие, которое по местным меркам стоит целое состояние, я не собирался), уважаемый человек, в данном случае купец, должен поручиться за меня. Стража может счесть поручительство достаточным, а может не поверить. Во втором случае мне придется ночевать за пределами крепостных стен. С противоположной стороны города возле дорог есть несколько постоялых дворов.

Командир караула счел рекомендацию купца Арадму достаточной, меня впустили, только попросили показать саблю.

Я достал ее из ножен, повертел перед их носами, но трогать не разрешил. Зато продемонстрировал возможности сабли. К башне была прислонена жердь толщиной сантиметров пять и длиной метра три, захватанная руками. Не знаю, для чего она была предназначена, но, видимо, могли обойтись без жерди, поскольку разрешили разрубить ее. Я с размаха нанес резкий косой удар с оттягом. Нижняя часть жерди упала, а верхняя воткнулась острым концом в землю. Стражники дружно ахнули от удивления. Мало того, что их кинжалы почти вполовину короче сабли, так еще и предназначены в основном для колющих ударов. Даже бронзовым топором не сумеют так разрубить, тем более, одним ударом. Упреждая их просьбы, спрятал саблю в ножны. Поскольку представление, кроме стражников, наблюдало несколько зевак, можно не сомневаться, что к ночи, которая начнется где-то через час, весь Ур будет знать о чужеземце с таким грозным оружием.

Улицы в городе кривоваты, переменной ширины, в среднем метра три-четыре, и не мощеные, из утоптанной глины.

Представляю, какой непролазной будет грязь после проливного дождя. Впрочем, такие дожди здесь редки. По краям улиц, судя по вони, находились закрытые сточные канавы, ведущие к реке. Среди прохожих разгуливали, заодно улучшая санитарное состояние города, кошки, собаки, поросята, пугливые куры и голуби. Последних было непривычно много. Представляю, как тяжко местным памятникам, если таковые имеются. Дома из кирпича, обожженного или сырцового, самана и тростника, в основном одно-двухэтажные, но видел пару трехэтажек. Некоторые глухим фасадом на улицу и имели общие стены с соседними и внутренний двор, некоторые — в глубине двора и наособицу, отгороженные от улицы высоким дувалом, в котором или широкие деревянные ворота, или узкая низкая дверца, толстый человек только боком протиснется. Может, мне не повезло, но не заметил ни одного окна, точнее, отверстия в стенах, через которые во внутренние помещения поступал бы свет. Улица вела к расположенному в центре храму в виде четырехугольной усеченной пирамиды с маленькой надстройкой наверху.