Вечный капитан

— Послезавтра закончат, — уверенно говорит один колесничий.

Второй, который пару дней назад предсказывал, что закончат сегодня, решает не рисковать и добавляет еще день:

— Послепослезавтра.

Кто-то из них окажется прав, потому что работы осталось дня на два-три.

— Потом ворвемся в город и…! — мечтательно произносит первый колесничий.

— Да, развлечемся! — на этот раз соглашается с ним второй колесничий.

Война — это жизнь вне закона. Черная дыра, в которой «хорошо» и «плохо» аннигилируются, не образуя ничего нового. С войны, как и из черной дыры, никто не возвращается.

Точнее, тело твое может опять оказаться в мирной жизни, но душа останется по ту сторону, из-за чего все понятия обесцветятся. Ты становишься моральным дальтоником, который одинаково легко, без раскаяния и сочувствия, спасает и убивает.

Глава 15

Джет собрал всех колесничих перед обедом. К тому времени по нашему лагерю уже разнесся слух, что утром было нападение шасу на Мернептаха, когда тот охотился. На самом деле напали на слуг, которые должны были загонять зверя на охотников, но слуги — это неблагодарное продолжение хозяев, поэтому нападение сочли актом терроризма.

С террористами во все времена разговор короткий.

Шасу — это общее название кочевников и вообще всех семитских народов, проживающих северо-восточнее Египта. Переводится, как чужеземцы, пастухи, пленники. Иевусеи — это тоже шасу, но городские, облагородившиеся. Египтяне до сих пор, а прошло более трехсот лет, не могут им простить захват почти всей своей страны на полтора столетия. Оккупация Египта пошла впрок обеим сторонам. Шасу приобщились к городской культуре, а египтяне переняли у них колесницу, чешуйчатый доспех и составной лук.

— В поход пойдут одни колесничие, без пехоты. Она нужна здесь для штурма города. Командовать будет Сети — старший сын нашего правителя. Выдвигаемся после полуденной жары, — довел до нашего сведения командир колесничих корпуса «Птах». — С собой взять продукты на пять дней."

"То есть, наследник засиделся в лагере и решил развеяться и заодно наказать зарвавшихся кочевников. Я видел его несколько раз едущим в колеснице на охоту. Всем воинам настоятельно порекомендовали не охотиться там, где это делает фараон и его сын. Поэтому мы ждали, поедут ли они и куда, и если да, то отправлялись в другую сторону.

Сети уже под пятьдесят. Лицо круглое, раскормленное. Нос с горбинкой, как у отца. Если на худом лице Мернептаха такой нос смотрелся органично, то на круглом лице Сети казался чужеродным, эдакой помесью рязанского с грузинским. В отличие от отца, париков не носил, голову защищал от солнца белым немсом в золотую полоску, из-под которого на правое ухо свисала прядь черных с сединой волос, и красился не так усердно, хотя от моды не отставал.