Вечный капитан

Только вот тараны нам не так опасны, как галерам, потому что корпус у нас крепче, из толстых досок в два слоя, и идем еще и под парусами с попутным ветром.

— Убрать весла! — командую я, когда до вражеской линии остается менее кабельтова.

Натренированный экипаж быстро втягивает весла. Дальше мы идем только под парусами. Курс держим такой, чтобы подойти вплотную правым бортом к правому борту самой большой галеры. Она пытается уклониться, но слева идет другая галера, мешает. Поняв это, довольно быстро убирают весла с правого борта.

Тоже натренированный экипаж.

— Опустить паруса! — командую я.

Мы с грохотом врубаемся под острым углом в носовую часть галеры. «Альбатрос» вздрагивает и крепится на левый борт, после чего под визг дерева, трущегося с силой о дерево, идет вдоль борта галеры. Несколько «кошек» летят на галеру, цепляются за ее борта. С нее летят стрелы в нас, а наши — в них. У нас преимущество — мы выше метра на два. Если мои матросы могут при желании укрыться за фальшбортом, то вражеским сделать это практически невозможно.

К тому же у моих лучников доспехи-бригандины, пробить которые, даже на таком малом расстоянии, из нынешних луков практически невозможно. У вражеских стрелков доспехи, если есть, то кожаные или из нескольких слоев материи — считай, нет никаких, особенно против моего лука. Я тоже успеваю выпустить с десяток стрел, убив первой капитана. Скорее всего, он еще и хозяин галеры, потому что сопротивление сразу затихает. Уцелевшие гребцы попрятались под банки или среди корзин и тюков.

В это время в наш левый борт втыкается другая галера.

Она сперва проскочила мимо нас, а потом развернулась и атаковала. Разогнаться не успела, поэтому удар получился громкий — трюм загудел, будто в пустом соборе рухнул ненастроенный орган — но не сильный, борт не проломили. От удара нос галеры откинуло влево. Ломая весла своего правого борта о корпус парусника, она, быстро теряя ход, пошла вдоль нашего борта, обстреливаемая моими лучниками. Я первым делом расстрелял шестерых, которые стояли на корме галеры.

Заметив, что пара «кошек» уцепилась за корпус и этой галеры, что она практически остановилась, я приказал:

— Опускаем «ворон»!"

"С «вороном» работали те же матросы, что и с «дельфинами».

Эти устройства, за редчайшим исключением, не применяются одновременно. Сегодня «дельфинам» делать нечего, потому что галеры нагружены товарами, которые смягчат и нейтрализуют удар. С «вороном» практики меньше, поэтому получилось кривовато — переходной мостик стал под углом, зацепившись «клювом» за борту сразу за полубаком.