Вечный капитан

— Да мне, в общем-то, плевать, присылал вас кто-либо или нет, — сказал я и подкинул афоризм в Библию, которую пока что не написали: — Рассказывайте всем, кого встретите на обратном пути, что, кто придет в Милаванду с мечом, тот от меча и погибнет.

Глава 49

Вроде бы переместились по одной широте, но климат у острова Кипр резко отличается от критского и вообще всего побережья Эгейского моря, на котором, к тому же, часто дуют холодные ветры с гор. Восточнее Родоса и на материке, и на островах тоже есть горы, но почему-то ветры там теплые и наполненные влагой, из-за которой жара переносится тяжелее.

Я сижу на шканцах под тентом в шезлонге, изготовленном по моему заказу, одетый в короткую набедренную повязку из тонкой ткани. Она удобнее шорт, потому что позволяет ветру вентилировать мое хозяйство, порядком подопревшее. Впрочем, ветер еле заметен. На фок-мачте поднят парус-балун, широкий и брюхатый, но и он в складках. «Альбатрос» делает не больше одного узла, точно не знаю. У меня есть лаг, но выбираться из тени, чтобы измерять скорость, нет ни желания, ни сил. Да и результат будет, скорее всего, в пределах ошибки.

— Вижу суда! — кричит впередсмотрящий из «вороньего гнезда, расположенного на грот-мачте.

— Где? — спрашиваю я.

— Там, — показывает он вперед и немного правее нашего курса."

"Я приказываю рулевому взять полрумба правее, после чего кричу рабу Нецеру, чтобы принес на шканцы мои доспехи и оружие. Как представлю, что в такую жарищу придется напяливать на себя бригандину и шлем, так хочется раз и навсегда завязать с пиратской жизнью и осесть на берегу.

Это был караван из пяти «круглых» судов при двух военных галерах. Судя по двухцветным, красно-черным, парусам на галерах, это сидонцы.

У купеческих судов паруса самых разных цветов, на вкус судовладельца, хотя стараются иметь такие же, как у военных. Возвращаются с Кипра с грузом меди. Благодаря мне, получили возможность торговать с островом — благодаря мне, и потеряют ее. Если сейчас все получится у нас, то сидонцы надолго зарекутся появляться в этих водах.

Я в рупор, изготовленный из тонкого листа нержавеющего железа, кричу Эйрасу на второе мое судно, чтобы сперва разделался с одной из галер и только потом начинал охоту за призами.

— Постараемся захватить все! — кричу я напоследок.

Немногословный ахеец кивает. Рупора у него нет, а кричать не приучен, даже сражается, стиснув зубы, хотя многие его земляки орут во время боя так, что больше ничего не слышат.

Экипаж уже облачился в доспехи и вооружился. Стоят на главной палубе, всматриваясь вдаль прямо по курсу. Кто-то увидел караван, показывает направление остальным. Теперь экипажи у меня большие, чтобы хватило на захват и доставку в Милаванду сразу нескольких призов. От добровольцев отбоя не было.