Во временное пользование

А сейчас я просто для себя это отметила , как факт, и отпустила.

Розгин тяжело дышал, лежа на мне и по-прежнему сжимая крепко и больно.

Потом немного отстранился, посмотрел в затуманенные глаза, усмехнулся. И провел языком по шее и выше, по скуле и щеке.

Не знаю, чего я ждала от него в эту секунду. Может, каких-то слов? Признаний? Хотя бы чего-то…

Но Розгин отжался на руках и… Перевернул меня одним быстрым движением на живот!

В шоке, не успев даже толком отдышаться, я могла только словно со стороны удивленно отслеживать его действия. Однозначные действия!

Приподнял за бедра, одновременно жестко зафиксировав голову на кровати. Наклонился, провел языком по спине, быстро, но четко обрисовывая все позвонки. Куснул у основания шеи. Коснулся жесткими пальцами промежности, рывком проникая внутрь. Что-то пробормотал удовлетворенно.

И резко ворвался в мое тело одним жестоким движением. Вызывая сдавленный крик. И сразу набирая серьезный темп.

Я же, содрогаясь от глубоких ударов, так благодарно принимаемых моими телом, в легкой панике думала, что попала в лапы какому-то сексуальному маньяку, неутомимому и безжалостному. И, наверно, так мне и надо, поделом, потому что сама спровоцировала малознакомого и откровенно пугающего и несдержанного мужчину на такое. Сама захотела.

И, наверно, когда-нибудь пожалею, да?

Но не теперь.

Розгин зарычал, не останавливаясь, наклонился, прикусывая опять загривок, как животное, и запуская по телу крупную, неконтролируемую дрожь удовольствия.

Да, определенно не теперь.

Определенно.

Пес и Принцесса.

- Княгиня, пить хочешь? – Розгин, поняв, что его спалили на разглядывании, не стал корчить из себя ничего. А опередил события.

И продолжил наблюдать уже без напряга. Полноправно.

Княгиня удивленно и смущенно похлопала сонными глазками, облизнула пересохшие губы.

Покраснела под его взглядом.

Принцесса на горошине, да уж.

- Да… Пожалуйста…

Голос у нее звучал на редкость хрипло. И соблазнительно.

Розгин соблазнился с готовностью.

Наклонился, уронил ее обратно на подушку и с удовольствием поцеловал.

Княгиня тихо охнула и подчинилась. Обняла за шею тонкими пальчиками, погладила. Розгин оторвался от губ и продолжил путешествие ниже, к шее и ключицам.

Он себя каким-то ненасытным монстром ощущал с ней. Ни усталости, ни охлаждения. Только желание еще больше кайфа, больше, больше, больше…

И удивительно, что Княгиня, несмотря на всю свою хрупкость и общую принцессовость, предполагающую всякие приблуды типа хрустальных туфелек, целований пальчиков и нежных прикосновений с троекратным подскоком, прежде чем в постель уложить, весь его напор дикий выдерживала. И не просто выдерживала, а отвечала. С готовностью, с желанием.

Промахнулся он насчет разницы в темпераментах, точно прокололся.