Замок из песка

Накануне у него сильно болела нога, и таблеток пришлось выпить чуть ли не в два раза больше обычного. Но после первого действия в гримерку заглянул Лобов и, подняв кверху оттопыренный большой палец, сообщил:

— Все просто прекрасно! Иволгин — молодец! Петракова из редакции «Балета» пока просто слезами умиления истекает. Так что давай, Настенька, не подведи!

И я выплыла на сцену под нежные переливы арфы, под пронзительное соло скрипки, льющееся из колонок. И вздрогнула, и отстранилась, и закрылась от Зигфрида рукой-крылом…

А потом было третье действие. «Черное» па-де-де. Мои откинутые назад руки — жарким отблеском искуса, соблазна и страсти. Его сильные и легкие прыжки. Мое мелкое па-де-бурре. Алый плащ Ротбарта, прикрывающий мою мокрую, вздрагивающую спину. Снова Лешкин выход. И, наконец, кульминация: тридцать два хлестких, стремительных фуэте! И единственная точка, которую нельзя потерять, которую «держишь» до последней микросекунды, пока плечо уже не разворачивает все тело назад и вправо…"

"Иволгин вывел меня на поклон, держа за руку. Грудь его все еще тяжело вздымалась, да и мои пальцы дрожали. Но он солнечно улыбался с профессионализмом истинного артиста. И я, приседая в глубоком реверансе, тоже изображала на своем лице улыбку. Были даже цветы. Пара букетов, конечно, от администрации. Но зато остальные от обычных зрителей. А за кулисами носилась парикмахерша Леночка и радостно восклицала:

— Ох, какой успех! Какой фурор! Прямо как в Большом театре!.. А эта-то, критикесса! Я сама слышала, как она Лобову сказала: «Одиллия — просто слов нет! Но и Одетта хороша. Арабески — просто восторг. Чистота линий потрясающая!»

Когда всеобщее волнение немного успокоилось, я зашла в комнатку, служившую гримеркой для мужчин-солистов. Алексей сидел на стуле и со странным вниманием изучал свое отражение в зеркале.

— Поздравляю! — Я аккуратно прикрыла за собой дверь и села на свободный стул. — Народ восторгается. Лобов доволен просто до посинения. Сегодня «разбора полетов», похоже, не будет, одни сплошные дифирамбы…

Он молча кивнул и передвинул на столике коробочку с гримом.

— Леш, получилось ведь все! И у меня, и у тебя получилось!.. Ну, если про аферу с Серебровской рассказывать не хочешь, может, хотя бы перестанем изображать из себя влюбленную пару? Дуэт ведь состоялся, и кому теперь какое дело, есть роман у Иволгина с северской примой или нет? Давай я съеду на другую квартиру, и продолжим танцевать просто как добрые партнеры.

— Нет! — Алексей так яростно саданул кулаком по столу, что я даже вздрогнула. — Ты слово дала, ты не можешь… Ничего не изменилось, Настя! От одного-единственного успеха ничегошеньки не изменилось! Так у всех в сознании и осталось: он ее трахает, она его за это «танцует».