Законник Российской Империи. Том 2

Наследный принц Пётр Алексеевич был человеком, которого уважали многие, но его безрассудные поступки и склонность к развлечениям заставляли некоторых чиновников чувствовать себя неуютно в его присутствии.

— Да, — кивнул император, будто уловивший скрытые мысли своего министра. — Уверен, что его присутствие на балу добавит ему немного ответственности. В конце концов, наследнику престола нужно иногда показываться в обществе.

Николай Владимирович чуть кивнул, соглашаясь с мнением императора. Но прежде, чем он успел что-то сказать, Алексей Сергеевич снова заговорил:

— А что насчёт твоего сына? Он будет на балу?

Николай Владимирович явно удивился такому вопросу.

— Вы интересуетесь Максимом, Ваше Величество? — спросил он, не скрывая лёгкого удивления.

Император усмехнулся, его глаза блеснули весёлым огоньком.

— Да, я бы с удовольствием взглянул на того, кто помог моему сыну выиграть польского гроссмейстера, — сказал он, с улыбкой глядя на своего министра. — И кто написал такие дивные стихи. Вот, Николай Владимирович, ты только взгляни!

Император поднял с колен книжечку и протянул её министру. Николай Владимирович взял её в руки на той же странице, где несколько минут назад остановился император. Его глаза пробежали по строкам:

Белеет парус одинокий

В тумане моря голубом,

Что ищет он в стране далёкой?

Что кинул он в краю родном?..

Николай Владимирович слегка нахмурился, читая стихотворение.

— Это же надо так точно описать грусть по родному месту, — задумчиво произнёс император, глядя на министра. — Но при этом в этих строках чувствуется какая-то неуемная тяга к свершениям. Как будто это — не просто символ одиночества, но и символ стремления. Возможно нам, наконец, удастся обскакать поляков с англичанами на литературном поприще. Что думаешь?

Николай Владимирович осторожно захлопнул книжку и вернул её императору.

— Да, Ваше Величество, — ответил он, кивнув. — Это, действительно, глубокие строки. Максим обязательно будет на балу. Я прослежу за этим.

Император одобрительно кивнул и, убрав книжечку в карман своего плаща, снова повернулся к заснеженной Неве, будто погружаясь в свои мысли.

Глава 19

Снег валил плотной стеной, укрывая улицы белым одеялом, приглушая звуки города. Я сидел у себя в комнате, погружённый в чтение книги по истории, которая происходила в этом мире. Иногда мне казалось, что изучать этот мир так же интересно, как и жить в нём. Книга поведала мне о том, как был основан город, и кто бы мог подумать, что всё окажется таким прозаичным.

— Значит, Пётр тут — это не император, а столица названа по религиозным основаниям, в честь апостола Петра, — пробормотал я, захлопывая книгу. — Вот как, значит, пошли события в этом мире. Необычно, но почему и нет, собственно говоря.