Жена поневоле

Пока мы неспешно шли в сторону дома, который не терпелось поскорее покинуть, в голову пришла ужасная мысль, и мне никак не удавалось прогнать ее прочь. Я закрыла глаза и тяжело вздохнула, надеясь, что скоро весь этот кошмар закончится."

"– Неужели это все было подстроено? – ошеломленно проговорила, едва Ральф закрыл за собой дверь, пропустив меня вперед.

– Нисколько не сомневаюсь в этом. Как у тебя могло хватить ума так безрассудно себя повести? – гневно высказывался в мой адрес муженек, не щадя моих чувств. – Представь на мгновение, чем бы все закончилось, если бы я появился позже Элджертона.

Да еще и в свидетели взял этого пройдоху Пэнингема. Ну и хитер же! Как ловко, однако, все продумал! – Ральф мерил комнату шагами, вернее, метался по ней, словно разъяренный зверь. – Значит, и о назначении выскочки на пост Главы не забыл позаботиться, – задумчиво проговорил благоверный, остановившийся на мгновение напротив меня.

– Он говорил, что это не его рук дело, – возразила ему.

– И ты ему поверила? – горько усмехнулся супруг. – Разве сама не поняла, что Элджертон любой ценой вознамерился меня уничтожить?

Я присела на край кровати, ощущая слабость во всем теле.

Меня стала пробивать мелкая дрожь, которая постепенно усиливалась. От нее невозможно было спастись с помощью одеял. Я закрыла лицо руками и разрыдалась, чего себе не позволяла вот уже много времени, тем более в присутствии других людей. Супруг, заметивший мое состояние, пересек комнату и налил стакан воды, который вскоре подал мне. Зубы стучали о тонкое стекло, жидкость проливалась на дорогой ковер, но я сделала несколько глотков и немного успокоилась.

– Оливия, прости меня, – он встал передо мной на одно колено и забрал у меня из рук стакан, который поставил на прикроватную тумбочку.

 – Мне не следовало так на тебя набрасываться. Ты же была сама не своя, – подметил благоверный, напомнив о поступке Дамиана.

– Как тебе удалось узнать, что он применил артефакт? – сиплым голосом спросила у Ральфа. В дверь раздался короткий предупредительный стук, и в комнату вошла горничная. Супруг тут же поднялся и вышел прочь, оставляя нас одних.

– Ваша светлость, Вам просили передать, – молодая девушка вытащила из белоснежного фартука конверт.

Я нахмурилась и нерешительно протянула руку, чтобы забрать его у служанки.

Она зашла мне за спину и начала ловко расстегивать мелкие пуговички на платье. Я тем временем достала листок бумаги, сложенный вдвое и развернула его и несколько раз прочла всего пару строчек, выведенных аккуратным почерком:

«Оливия, позволь мне все объяснить при встрече. Дамиан».

Слезы вновь потекли по щекам, и я начала усердно рвать записку на мельчайшие клочки, не желая, чтобы ее увидел Ральф.