Женаты против воли

Пальцы дрожали, поэтому узелок сзади запутался и отказывался развязываться.

Бледнея, краснея и волнуясь еще больше, я старалась его распутать и делала лишь хуже.

Коннор поступил умнее. Подошел, схватил за тесемки и с треском разорвал узелок.

— Вот и все! — произнес муж, отступая. — Дальше.

Передник я кинула на пол к фартуку.

Немного потоптавшись, сняла неудобные ботинки. После села на кровать, мгновенно утонув в мягком матраце, и, наклонившись, принялась снимать теплые чулки. Осторожно, не спеша, под пристальным взглядом мужа, который изучал меня, не таясь и не прячась.

Прошла минута, и чулки упали на фартук, а я встала, думая, что снять следующим.

— Распусти волосы, — вдруг прохрипел Коннор.

Я не посмела перечить и, подняв руки, принялась вытаскивать шпильку за шпилькой. Минута — и вот волосы тяжелой волной упали на плечи.

«А что дальше? Юбку? Блузку?»

— Что же ты остановилась? — насмешливо спросил Коннор, уже не скрывая злорадства.

Я на него не смотрела, радуясь, что волосы закрыли лицо и мои вспыхнувшие от обиды щеки.

Первой на пол упала блузка, за ней скользнула по ногам юбка.

На мне осталась лишь пожелтевшая сорочка из плотной ткани. Все, дальше пути нет… под сорочкой только я.

— А дальше?

Я все-таки взглянула на него.

С вызовом, собрав остатки смелости и непокорности.

— А дальше сам.

Коннор, который до этого сидел в кресле, вскочил, моментально оказавшись рядом. Я сжалась, ожидая прикосновения, но его не последовало.

Мужчина хмыкнул, а потом стянул с себя рубашку через голову, давая мне возможность рассмотреть сильное, гибкое тело с белыми уродливыми шрамами на гладкой коже.

А вот этот шрам у сердца — моих рук дело.

— Почему ты спасла меня? — вдруг спросил он, касаясь пальцами моего подбородка.

— Потому что люблю.

По его лицу пробежала судорога, словно мои слова причиняли ему боль.

— Ты предала меня.

— У меня не было выбора.

— Выбор есть всегда. И ты свой сделала, — жестко оборвал Коннор, убирая руку. — Боишься?

— Нет.

— Ты хоть представляешь, что я с тобой сейчас буду делать?

— Примерно.

— Я ведь могу причинить тебе боль, — продолжал мужчина, намотав на руку мои волосы и слегка потянув в сторону.

Но я вытерпела и это. Все что угодно, лишь бы исправить свою ошибку, лишь бы вымолить прощение.

— Делай, что посчитаешь нужным. Ты мой муж, — глядя ему в глаза, ответила я.

— Неужели. А может, ты этого хочешь?

В его руках неожиданно появился нож, который Коннор вручил мне.

Не знаю, зачем я его взяла. Скорее всего, от неожиданности.

Сверкающая сталь, тяжелая ручка.

— Зачем ты?..

Муж развел руки в стороны, пронзая тьмой во взгляде.

— Тебя же для этого вырастили.