Женаты против воли

Это Нина выпросила у хозяйки несколько выходных для меня. Не знаю, что именно она сказала, но пару дней я провела в своей комнате, пытаясь привыкнуть к новому состоянию.

Но девушка на этом не остановилась.

Она часто меня навещала, заставляла вставать с постели, двигаться, умываться и есть. Нина приносила подносы из кухни и, развлекая смешными рассказами о новых постояльцах, не уходила, пока я не съедала хотя бы половину еды.

— Жизнь не заканчивается на одном мужчине, Рин, обязательно будут другие. Уж я-то знаю.

Я кивала, хотя понимала, что это не мой случай.

Никто и никогда не заменит Коннора!"

"Я не плакала. Временами хотелось сесть и зарыдать в голос, но не получалось.

Слезы высохли, больше ни капли выдавить из себя не получилось.

Но и сдаваться я не собиралась. Закрыв глаза, снова и снова пыталась достучаться до Коннора, найти его. Он же не мог закрываться от меня вечно. Привязка тем и страшна, что спрятаться от нее невозможно.

Но шли дни, а место у сердца, которое раньше занимал Темный, пустовало, загоняя в еще большую депрессию.

Ему действительно удалось совершить невозможное: Коннор Хоторн вычеркнул меня из своей жизни.

Шли дни.

Мои выходные давно закончились.

Я снова взялась за работу. Жила, ходила, говорила и даже улыбалась. Как кукла, которую заводили утром, давая указания. Но наступала ночь, завод кончался, и я ломалась, падая на кровать и сжимаясь в комочек.

Часы, дни или недели.

Я давно перестала следить за временем, на автомате совершая какие-то действия. Зачем все это? Для чего? Утратив смысл жизни, я утратила себя, погрузившись в бездну самобичевания.

Мне нужен был пинок. Что-то, что помогло бы мне встряхнуться и начать все сначала. Но в гостинице помочь не могли. Они просто не знали, что делать.

Но помощи я все-таки дождалась.

Тем утром я, как обычно, подправляла защитные заклинания, которые не давали стеклам покрыться инеем.

— Рин…

Тихий шепот, заставивший вздрогнуть и опустить руки.

— Это действительно ты?

Повернувшись, я увидела в холле гостиницы Питера. В теплой одежде, которая делала его в два раза больше, высоких сапогах и темном шарфе, который был обмотан вокруг шеи.

— Я.

Мне удалось улыбнуться.

Но Питер лишь нахмурился, пристально всматриваясь в мое лицо. Замечая нездоровую бледность, синяки под глазами и потухший взгляд. Я сама видела это каждое утро, когда умывалась. От прежней Айрин почти ничего не осталось.

— Я нашел тебя.

— Хорошо. Ты надолго?

— На сколько понадобится, — туманно отозвался он и спросил: — Что с тобой стало?

Мужчина подошел ко мне, бережно обнял за плечи и посмотрел. Просто посмотрел, но я все равно испытала неловкость.

— Ничего.

— Ты сама на себя не похожа. Словно тень прежней Рин, которую я знал.

— Питер, прости, но у меня действительно много работы.