Принадлежать им

Находит, матерится.

— Блять, на пятнадцать минут нельзя отлучиться, обязательно какая-то хуета произойдет… Серый, давай конфетку и этого мелкого забросим к нам, а потом погоним.

— Я еще не дал согласия… — холодно вмешивается Сказочник, и я его прямо уважаю в этот момент за то, что кишка не тонка противостоять братишкам, от которых сейчас явно боевой яростью веет.

— Глянешь то, что вы уже сделали, в том порядке, в котором я говорил, — отвечает ему Серый, — Дана покажет. А девку твою мы привезем вечером. Или завтра, если сегодня не успеем.

— Я обозначил условия. — Все так же непримиримо говорит Митя, — никакого насилия.

— Да-да, мы в курсе, мальчик, — грубо прерывает его Черный, — какое, к хуям, насилие? Делай все по лайту, девочке зайдет.

— Да, я смотрю, вы в этом профи… — замечает Сказочник, и я вижу в этом намек на то, что наша возня на заднем сиденье не прошла мимо него.

— А то! — Черный рассеянно скролит ленту, снова находит то, что ему не нравится, кривит губы и злится.

Серый тормозит возле апартов.

— На связи, — коротко говорит он Сказочнику, и тот выметается с переднего сиденья.

Черный выпрыгивает с заднего, вынимает меня, чмокает в губы, от души, но как-то мимолетно.

Садится к братцу на переднее и тут же утыкается в телефон.

А Серый, скользнув по мне яростно холодным взглядом, прикуривает, кивает и… Выруливает со стоянки.

А я стою, как дура, смотрю вслед большой белой машине, трогаю машинально пальцем губу, словно чувствуя до сих пор вкус поцелуя Черного. И злюсь.

Потому что Серый не поцеловал…

43. Черный. Поворот событий

— И че это было, блять? — спустя минут пять молчания, которым мой братишка феерически умеет выносить мозг, не выдерживаю я, — какого хера ты танцы на дороге устраивал?

Мелкий мудак молчит в своем фирменном мудацком стиле, рулит, курит, спокойно втягивая дым и выдувая его ноздрями.

И я вот прямо чувствую, что назрела у нас беседа, серьезная очень.

И совсем не по поводу дел насущных, чтоб им провалиться. Потому что перед заказчиком мы единым фронтом, это понятно. А вот между собой — терки с некоторого момента. И я его даже знаю, этот момент.

Мелкий, красивый, сильно умненький и шустрый момент.

И надо бы все прояснить до той минуты, когда к Вопросу приедем. Потому что там у него нам нельзя показывать даже малейшее недопонимание.

Братья Жнецы тем и несокрушимы, что едины.

Нас не сломить, наши яйца самые бетонные, бошки самые крепкие и прочее все в том же духе.

Хер ли! Столько лет на репутацию работали и сейчас все проебать?

Из-за наших внутренних разборок?

Нихуя.

Но решить вопрос можно, только разговаривая. А это нереально сделать, пока мелкий засранец молчит.