1000 не одна боль

Конечно родит, ведь они так усердно над этим работают и представил лицо отца, когда тот узнает о внуке.

— Даже я не верила, что она сможет тебя принять и простить, но любовь творит чудеса, как, впрочем, и самые лютые ужасы. Аднан посмотрел на старуху и отпил чай.

— С ужасами покончено. Я вернусь и сделаю ее своей женой, а потом заберу в Каир.

— Да поможет тебе, Аллах.

— Я бы расчувствовался, если бы считал, что ты в него веришь.

— А что значит вера? В твоем понимании она выглядит как-то по-особенному? Такая, как я, не может верить?

— Такая, как ты… Не знаю. Тебе виднее.

— Будь осторожен в пустыне, Аднан. Среди вас есть шакал пострашнее Асада.

Пристально посмотрел на ведьму.

— Что ты знаешь?

— Ничего… всего лишь делаю выводы и предостерегаю.

Он осушил чашку и резко встав, подошел к Альшите, взял под руку и повел за собой в пещеру.

ГЛАВА 21

— Ты уверен, что точно знаешь время, Рифат? Твой осведомитель не мог нас обмануть?

— Нет, не мог. Это исключено. Он сообщил точное время. И уже не раз делал это для нас.

— Может быть, из-за бури они отменили?

— Нет. Именно в бурю он поведет людей, рассчитывая, что никто не посмеет напасть. Асад — хитрая тварь, но вместе с тем самоуверенная.

Аднан закрыл лицо до самых глаз, всматриваясь в дорогу, а точнее, туда, где должен был пройти караван Асада. Буря уже бушевала вовсю, хотя и была более слабой, чем обычно. Клубы пыли летали в воздухе, заворачивались в кольца, лезли в глаза и в горло. Но у них не будет другого шанса напасть на ублюдка. Если сегодня караван с оружием пройдет через земли Аднана — это будет проигрыш такой величины, что сын шейха может смело пускать себе пулю в лоб. У них нет ни одного права на ошибку. Этот торговый путь должен принадлежать Кадирам.

— Мне не нравится, что они задерживаются, — буркнул Шамаль и чуть привстал над песочной насыпью. Но Рифат ткнул его обратно.

— Терпение. Мы слишком долго ждали и готовились к этому моменту. Теперь осталось только воплотить наш план. Все отточено до мелочей. Три отряда, которые нападут по очереди с разных сторон.

Рифат отхлебнул воды из фляги и протянул ее Шамалю.

— Выпей холодный чай и успокойся. Не дергайся, как девственница перед первой брачной ночью.

— Я и не дергаюсь. Но мне не нравится эта тишина. Не люблю, когда настолько тихо. Кажется, что кто-то и что-то затевает.

Он посмотрел в бинокль еще раз. Но Аднан отобрал у него бинокль.

— Хватит смотреть. Я проверю вместе с Селимом, а вы с дороги глаз не спускайте. Если что, дашь знак.

— Не вижу ни единой тени, а уже прошло два часа.

Рифат сам посмотрел в бинокль. Действительно — ни единой тени. Никакого движения.

— Их могли задержать на КПП.

— Не могли. У Асада все прикормлены.

— Не кисни, Шамаль. Он точно баб перевозить будет. Этот сутенер никогда пустым не едет.