1000 не одна боль

Потом, когда ее изгнали из всех деревень за колдовство и приговорили к смерти, она дала слово Аднану ибн Кадиру что больше никогда из-под ее рук не появится ни один яд и никто не умрет по вине знахарки Джабиры. В обмен на это она получила жизнь и даже возможность себя содержать уже привычным способом — исцелять. Но старая ведьма прекрасно знала, что если оружие когда-то было создано, то рано или поздно оно обязательно выстрелит. И однажды выстрелит прямо в черное сердце самой Джабиры. Такова справедливость этого мира. Наказание приходит за все и всегда. Не нужно думать, что судьбу можно обдурить и выигрывать раунд за раундом. За многими победами ожидают и чудовищные проигрыши.

Когда Анмар растревожил ее своим лаем она уже поняла кто идет к ней в берлогу и зачем… был у нее особенный дар помимо знахарства — Джабира предчувствовала беды и горести, а еще сны вещие видела. То ли дар это был то ли наказание она не знала, но очень часто именно эта способность спасала ее саму, да и других.

Но несмотря на то, что смертельный ужас сковал все ее тело от понимания кто и зачем к ней пришел, она с присущей ей отчаянной смелостью нашла небольшой флакон с настойкой, изготовленный еще много лет назад и, понимая, что скорей всего смерть уже кружит рядом с ней, ходит по ее следам черной гиеной и охотится на ее старые кости, вышла навстречу сыну шейха. Ведь Аднан не пощадит… он способен на жесточайшую месть… как и способен на великие поступки. Когда она впервые увидела зеленоглазого мальчика с черными волосами у нее все внутри прострелило предчувствием, что именно этот человек будет вершить историю здесь в песках Долины смерти. Все тогда умилялись, пощипывая щечки пухлого малыша, а она смотрела на него со стороны и понимала, что перед ней один из самых жестоких правителей из всех что она когда-либо видела. И не ошиблась. В день своего религиозного совершеннолетия юный Аднан ибн Кадир сам изловил лазутчика неподалеку от деревни, он тащил его за конем по раскаленному песку, а когда привез в деревню шейх сказал, что пленного можно пощадить в честь такого великого дня, как День Рождения сына Кадира, но вместо этого мальчишка взял нож, которым свежевали барана, отрезал лазутчику голову и поднял ее за волосы на вытянутой руке. Ни один мускул не дрогнул на лице тринадцатилетнего подростка и по руке стекала человеческая кровь, приводя в ужас всех присутствующих на празднике.

— Этот поганый ублюдок сказал, что никогда нашей семье не стать хозяевами в пустыне потому что слабы и трусливы, как шакалы. Так пусть его тело съедят собаки.

И зашвырнул голову убитого, как футбольный мяч на задний двор, а потом с довольной ухмылкой смотрел как псы Кадира раздирают останки на ошметки.