Академический дефектив

Все будет зависеть от того, насколько сильна твоя душа.

Я присмотрелась к огромному столу, стоящему в центре комнаты. На нем были бережно сверкающие драгоценности, а прямо на черной, отсыревшей кирпичной стене виднелась странная печать, светящаяся приглушенным фиолетовым светом. Напротив нее стоял каменный алтарь в виде черной, зловещего вида чаши.

— Думаю, что возьмем зеленый, — задумчиво и как ни в чем не бывало, произнес куратор, склонившись над столом и поднимая каждый камень. — Не переживай, это не так больно, как ты себе представляешь. Смотри какой красивый! Прямо под цвет твоих глаз. Первым делом нужно подобрать оправу. Золото, серебро, мельхиор или бронза? Думаю, что золото будет в самый раз.

— Что вы собрались делать?! — возмутилась я, глядя на связку цепочек в руках Ворона. Он повернулся ко мне, критически осматривая меня, а сквозь расстегнутый ворот его черной мантии сверкнуло несколько ярких камней, переливаясь едва заметным магическим светом."

"— Есть ли смысл тебе объяснять? — пожал плечами добрый мучитель, вытаскивая одну из цепей и примеряя его к камню. — Скажу просто. Из тебя получится отличный медальон. Артефакт, который увеличит магическую мощь в разы. Обычно для этого используются плененные магические сущности низкого уровня, но и артефакты получаются обычными. Поскольку вызов высокоуровневого магического существа уголовно наказуем и сопряжен с риском для жизни вызывателя, то приходится использовать человеческие души. Они такие же мощные, как и высокоуровневые, однако добыть их куда проще. Тем более, это положительно сказывается на дисциплине в Академии, что немаловажно. Все равно из тебя бы не вышел толк, а так есть шанс, что выйдет.

Я еще не до конца пришла в себя, чтобы осмыслить полученную информацию. Расследование зашло в тупик, село и обняло коленочки.

— А у тебя очень интересный медальон, — в руках Ворона сверкнула знакомая цепочка с синим камнем в обрамлении звезды. Я тут же схватилась за шею, ощупывая пустоту и негодуя. — Вот только не могу понять, к какому веку он относится? Вещица древняя, но я не вижу ни клейма мастера, ни других опознавательных символов. Я даже не могу понять, что она делает, однако, попробую разобраться на досуге. Скорее всего, ее сотворили стихийно. Без подготовки. Камень очень мощный… Я бы даже сказал, что таких мощных я давно не видел.

— И как часто вы такое практикуете? — спросила я, пытаясь ощупать заклинанием прутья клетки.

— Так часто, как того требует дисциплина. Раньше мы писали родителям, вносили в личные дела все проступки, пугали тем, что не выдадим диплом, но ничего не срабатывало. Постоянно находились те, для кого устав не писан, — задумчиво произнес мой куратор, открывая старинную книгу и листая ее с противным шуршанием.