Баба Люба, давай!
Дочка ректора академии магии убила провинциальную аристократку, приехавшую поступать. Чтобы скрыть преступление, ректор решается призвать другую душу.В нашем мире, прожив долгую жизнь, умерла бабушка Люба. Каково же было её удивление, когда она вдруг услышала:— Гражданочка, не желаете здоровое молодое тело в новом мире?Наша соотечественница, конечно, желала, но мошенников научилась вычислять по голосу, поэтому соглашается, только изрядно поторговавшись.И теперь баба Люба в теле бедной аристократки, но где наша не пропадала? Да и ректору не позавидуешь: притащил из другого мира душу закоренелой феминистки! Держись, академия, революция грядет!
Не знаю, кого она выбрала, но сомневаюсь, что ей повезло.
— Все равно, ты поступил благородно.
— Толку-то с этого благородства, — буркнул Шариан, но Люба поняла, что ему нравится то, что она его похвалила, — а почему ты так удивилась? Думала, что я не способен на хорошие поступки?
— Да, — честно ответила девушка. Врать менталисту было глупо, — ты так себя вел…
— Потому что так быстрее всего. Добиться того, что тебе нужно, легче через страх. Хорошо, что меня боятся, меньше проблем.
Расстались они глубокой ночью. Шариан предстал перед Любой с другой стороны. Он мог безвозмездно сделать доброе дело.
Глава сорок вторая. Покровитель"
"Прошло еще несколько дней. Утром и днем Вильена была предоставлена самой себе. Она занималась по книгам, которые ей вернули на следующий день, после того, как она попала во дворец, много читала и размышляла. Вечером приходил Шариан, и начинались разговоры.
— Какую сказку сегодня мне поведает Шахерезада? — обычно именно с таким приветствием приходил к ней лжепринц.
И Люба рассказывала не только о фильмах и книгах, но и о своей жизни. Шариан всегда с особым интересом слушал эти истории. Правда, о себе говорил немного. Люба узнала, ему девятнадцать лет, что он родился в Саросе, жил без отца и рано потерял мать. Иногда он рассказывал о том, что значит быть ментальным магом:
— Каждая эмоция имеет вкус, запах, ощущение. Ненависть — горячая, зависть — воняет тухлыми яйцами, разочарование, как будто в горле першит.
Каждый день Люба требовала от менталиста клятвы в том, что Даинор не будет подвергаться пыткам. И каждый раз Шариан давал их с недовольством.
Так или иначе, разговоры заходили о сложившейся ситуации.
— Зачем тебе все это? — однажды спросила Люба, даже не уточняя, что она имела ввиду.
— Власть, сила, возможность иметь все, что хочешь, — ответил Шариан.
— Нет, не все, — покачала головой девушка, — здоровье…
— Глупости! — перебил её маг, — если есть деньги и влияние, можно быть здоровым самому и вылечить близких, а если не вылечить, то максимально облегчить страдания. А счастье? Что такое счастье? Я счастлив сейчас, потому что добился всего, чего хотел.
— А любовь?
— Всего можно добиться! Любви тоже. Были бы деньги и влияние.














