Баран и жемчуг

Через месяц этот красивый мужчина уедет, а вместо него в Сегюре поселится толстозадый Эдвард… Будем честными – зад у него, и правда, как колода мясника. Только бараньи туши на такой рубить. Как противно, когда у молодого мужчины такой широкий зад…

– Это кто? – спросил сэр Мюфла жизнерадостно, подходя к нам. – С кем это вы вздумали прогуляться, леди?

Его словно распирало от удовольствия. Так рад, что прокатился голышом перед приличными людьми?

– Господин Эдвард Дофо, – сказала я, глядя прямо перед собой, поверх плеча Эдварда. – Мой жених. А это – сэр Морис Мюфла.

– Это, значит, жених? – Мюфла вытер ладонь об штаны и протянул руку Эдварду. – Вот и встретились, жених.

Судя по всему, Эдвард при знакомстве прекрасно отделался бы шарканьем ножки, но рука была протянута, и он принял её – как с обрыва в омут прыгнул. Я не сразу поняла, что происходит, но когда рукопожатие затянулось до двадцати секунд, а Эдвард из бледного стал красным, догадалась, в чём дело.

– Да прекратите же! – сказала я, с ужасом глядя, как белая и мягкая рука моего жениха сплющивается в загорелой лапище рыцаря.

– Что прекратить? – изобразил он святую невинность, но Эдварда отпустил.

Тот скривился, пошевелив помятыми пальцами, а рыцарь перешёл в наступление.

– На войне был? – спросил он, отбросив всю учтивость.

– Нет, – промямлил Эдвард. – Я – младший сын в семье, мне положено остаться дома.

– Значит, воевал старший брат? – продолжал допытываться Мюфла.

– М-м… нет, – вынужден был признать Эдвард.

Что-то мне подсказывало, что если бы меня не было рядом, он бы соврал – мол, да, старший брат воевал.

– Когда началась война, Эдмунд повредил руку, – пояснила я. – Поэтому его не взяли в армию.

– Калека, значит? – протянул Мюфла.

– Нет, сейчас с ним всё в порядке, – заверила я его. – Пошёл на поправку, когда объявили о нашей победе.

– Просто повезло – нашёлся хороший лекарь, – прорезался голос у Эдварда. – Он быстро поставил брата на ноги.

– У него разве не рука была повреждена? – Мюфла обернулся ко мне, ища поддержки. – Он с рукой лежачим, что ли, был?

– Ах, там всё очень непросто, – ответила я. – Хотите узнать что-то ещё? О здоровье родителей, бабушек, дедушек? У господина Дофо большая семья.

– Да нет, зачем мне их здоровье, – рыцарь перевёл взгляд на Эдварда и усмехнулся углом рта. – Может, пропустим по стаканчику? У маленькой леди отличное вино.

Я поджала губы, потому что приглашать гостей при живой хозяйке – это было верхом наглости. Проблема только, что хозяйка и возразить бы не смогла. Ибо «хорошо, что вы не спорили, это всё равно бы ничего не изменило».

Но Эдвард не горел желанием попробовать вино и поспешно отступил, налетев на пегую кобылку.

– В следующий раз – с удовольствием, сэр Мюфла, – сказал он, быстренько разворачивая лошадь.