Беременная от моего друга

Ясно как белый день, что он пытается его опоить и развязать Макарову язык. Тот морщится, заглядывая в бокал, и некоторое время мне кажется, что он сейчас плюнет на нашу встречу и уйдет. Но Роман умеет быть настойчивым — спустя несколько минут директор алюминиевого завода уже опрокидывает в себя третий бокал виски подряд.

Роман вызывает к нам ту самую официантку и делает дополнительный заказ. Анатолий Иванович хоть и изменился в лице — стал шире улыбаться, а щеки его порозовели, но он по-прежнему держит язык за зубами.

— Хорошо, Ром, сейчас принесу, — кивает девушка с бейджиком на груди на котором значится имя ""Марина"".

Мой телефон начинает вибрировать в кармане брюк. Выудив его, удивленно таращусь на экран и думаю о том, что номер Альбины по меньшей мере сейчас мерещится мне. Но нет, я не столько много выпил для галлюцинаций.

— Я ненадолго отлучусь, — коротко бросаю Макарову и Игнашеву и, поднявшись с места, выхожу из ВИП-комнаты.

Проталкиваюсь сквозь толпу, оказываюсь на улице. Снимаю трубку в полной тишине и вслушиваюсь в её голос. Он у неё почему-то взволнован и растерян.

— Илья? Скажи, Роман ведь с тобой?

Вздох разочарования вырывается из моей груди. Нахожу в кармане сигареты и зажигалку. Подкуриваю, делаю глубокую затяжку. Одну, следом другую.

— Со мной. Почти.

— Извини, я звонила ему несколько раз подряд, но он не берёт трубку….

— И ты решила выбрать меня в качестве диспетчера?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Прости меня, — слышится вновь её тихий голос. — Прости, Илья. Я знала, что сегодня вы будете вместе.

Долго злится на неё почему-то не получается.

— Хорошо, говори по делу, потому что мне пора возвращаться. Что передать твоему Ромео?

Она напряженно сопит в трубку и, кажется, злится.

— Передай, что его отца увезли в больницу.

Знаю, что отец Игнашева после развода с его матерью переехал в Новосибирск, где вскоре опять женился и, кажется, обзавелся ещё потомством. Но сына любить меньше не перестал — часто звал того в гости, дарил подарки и приезжал к нему сам. Отличный мужик Игнашев-старший, дай Бог поправится и будет жить ещё лет сто.

— Хорошо, Альбин, сейчас передам, — произношу в трубку, прежде чем отключится.

— Думаю, что дело совсем плохо, — не спешит заканчивать наш звонок Альбина. — Лучше бы Роману как можно скорее вылететь в Новосибирск, чтобы… не опоздать.

Я знаю, что Кудряшева такими словами бросаться не будет. Она отменный хирург, она врач с большим опытом работы. И если из её уст вылетают такие слова, то значит дело и правда плохо. Я научился ей в этом доверять."

"Жаль только, что наши с Романом дела, скорее всего, на ближайшие дни будут заморожены.