Богатый. Свободный. (не) Мой

– Что я о тебя должна думать? Ты схватил меня на улице, затащил в машину, ударил, связал, привез к черту на кулички, порвал одежду, напугал. Что мне думать о таком, как ты?

– Что я – мерзавец? Я не буду оправдываться. Скорее всего, это так и есть. Поговорить я хотел о другом. Ты мне очень нравишься.

Меня передергивает от его слов. Меньше всего я хотела бы ему нравиться.

Он замечает мою реакцию, хмурится, но уверенно продолжает:

– Я хочу, чтобы ты была со мной. Добровольно.

После такого заявления юноша смотрит особенно испытывающе.

Я трясу головой. Этого еще не хватало.

– Нет. Нет!

Его не обескураживает мой категоричный отказ.

– Полин, ты на нервах. И не совсем понимаешь, что я тебе предлагаю. Я могу решить многие твои проблемы. Тебе не придется работать, чтобы прокормить сестру и бабушку, ты сможешь учиться. Ведь вряд ли для такой умной девочки виляние попой является стоящей профессией. Я погашу задолженность по ипотеке, обеспечу тебе нормальную жизнь.

Пока он говорит, я испытываю разные эмоции. Это как же к себе надо относиться, чтобы покупать любовь?

– Как тебя зовут? – не знаю, почему решаю поинтересоваться этим именно сейчас.

Кислая улыбка трогает губы парня.

– Не помнишь даже.

– Нет, не помню.

– Артем.

– Так вот Артем. У меня есть парень и я его очень люблю.

Он кривится при этих словах.

А потом как ни в чем не бывало продолжает гнуть свою линию.

– Любишь, значит. А что тебе дает эта любовь? Ты с шестнадцати лет пошла работать, даже школу не закончила. Что тебе с этой любви, а? Ты еле-еле сводишь концы с концами, а тот, кого ты так пламенно любишь, не хочет или не может тебе помочь. Полин, я разве неправду сейчас говорю?

Откуда он столько обо мне знает?

– Да, у меня все непросто. Да, у Матвея нет возможности содержать меня. Но и ты... Ты разве мне все эти блага из своего кармана предлагаешь? Или из кармана своего папы?

– Какая разница?

– Разницы в общем-то нет. Вернее, она не в этом. Просто я не планировала торговать собой. И как бы трудно мне не было, не вижу необходимости делать это теперь.

Он начинает злиться. Цвет глаз темнеет, желваки на скулах напрягаются.

– Сдался тебе этот Белов. Ты же такая красивая! Рожденная блистать! А с ним что? Выучишься на библиотекаря? И будешь ему детей одного за другим рожать?

Да что он знает о Матвее, обо мне?

– Буду! Потому что я не хочу блистать! Я хочу, чтобы рядом со мной был ЧЕЛОВЕК!

Жалею о собственной вспышке, так как слова прозвучали слишком громко.

Уже тише добавляю:

– Он бы меня никогда не ударил.

Артем резко встает и отрывисто бросает мне в ответ:

– Не нужно быть настолько уверенной в другом человеке. Ладно, я тебя понял. Как хочешь. Будешь потом локти кусать из-за того, что отказалась.

Протягивает руку ко мне, я тороплюсь отпрянуть в сторону.

Вздыхает шумно.