Богатый. Свободный. (не) Мой

Но уже миновала праздничная десятидневка, и неделя после нее в поисках работы. А деньги тратятся.

Может, Влад сказал правду? И ему от меня ничего не надо?

Матвей

Школа оказалась не таким ужасным местом. Особенно после того, как Пал Саныч организовал несколько тренировочных спаррингов. И я имел удовольствие размяться на местных мажорах. Я был удивлен, что у некоторых из них оказался неплохой уровень подготовки. Они, видимо решили, что я тоже интересный экземпляр. Как-то само собой завязалось общение. И появилась своя тусовка.

Но в нее не вошли ни Артем Холодов, ни Борис Харламов, ни Харитон Панков. Эти меня игнорили. Хотя я ждал, что попытаются поставить меня на место.

К нам прибился и Артур, мой одноклассник, который в первый день настойчиво выяснял, как я ухитрился попасть в их элитную школу. Он вроде и силовыми видами спорта не занимался, но любил позубоскалить. Поэтому общался со всеми легко, без напряга. Чем ему было интересно с нами, неизвестно.

– Привет! – бодро выпалил он, усаживаясь за наш столик в буфете, где я и еще несколько парней, тренирующихся у Антонова, обедали, лениво перебрасываясь ничего незначищими фразами.

К чему он это сказал, я не очень понял, ведь мы с ним полдня проторчали вместе в одних и тех же классах.

– Мы виделись уже, – сообщил я ему, отхлебывая компот.

– Так это... Я на всякий случай. К тебе же просто так не подойдешь. Учитывая, с каким ты видом по школе ходишь.

– Нормальный у меня вид.

– Ага, ага. Это ты себя со стороны не видел. Может, поэтому и не трогают тебя.

Разговор принимал любопытный оборот.

– Ты сейчас о чем?

– Ты ж с Холодовым закусился, – продолжал трепаться Артур, – А он здесь всеми заправляет. Шаг в сторону – побег, прыжок на месте – провокация. За все – расстрел. Он и дружки его. Если напрямую не закопают, то подставят так, что не отмоешься. Да и все еще из-за Алиски получилось. Ей же Харламов проходу не дает, как только она здесь появилась. Все уже гадать замучились, то ли она ему нравится и он так симпатию проявляет. Либо она ему что-то сделала, и он ее извести пытается.

Я хмыкнул.

Стас из параллельного вмешался в разговор.

– Матвей, ты бы не хмыкал. Артур прав. От них столько народу уже огребло. И ты поострожней. Тем более Алиска возле тебя теперь крутится. Чуть ли не в рот заглядывает.

Девчонка, правда, смотрела преданной собачонкой. Надо бы с ней поговорить, чтобы ерунду всякую не придумывала."

"– Она не в моем вкусе. А то, что впрягся – так дело не в девочке. Дело в том, что я бы за любую заступился. У меня дед был. Так вот. Я мелкий был совсем. Может, года три. Он со мной гулять пошел. А я с девчонкой сцепился, лопатку хотел забрать, ямку вырыть. Мы с ней едва не подрались. Он мне такого леща влепил, что я его до сих пор помню. И сказал : ""Девочек обижать нельзя"".