Богатый. Свободный. (не) Мой

– Владислав Сергеевич, Вы что-то хотели? – игнорирую то, что он спросил.

Если он по работе... Не смеши, Олеся, хоть сама себя. Вон как челюсти сжал. Того и гляди, зубы крошиться начнут.

– Я задал вопрос и хочу получить на него ответ. Кто этот дятел?

Мама дорогая, когда я уже стала обязана отвечать ему на такое?

– Дятел – бывший муж, – отвечаю в тех же формулировках.

Да и мне понравилось как-то это ""дятел"".

– Цветы сейчас заберу, – продолжаю я диалог, – Что-то еще?

– И куда ты с ним собралась? – как-то тяжело у Холодова с коммуникацией.

У меня впрочем тоже.

– Влад, ты чего сюда приперся?

Так вопрос звучит более по существу. Конечно, субординацией здесь и не пахнет. Но он первый начал. А я ни разу не нежная роза.

Мужчина хмурится.

– Сам не знаю.

Вот и приехали. Я, что ли, должна за них знать?

– Раз не знаешь, закрой дверь с той стороны. Так лучше будет.

– Влад... ислаав Сергеевич, – с запинкой раздается женский голос.

И за спиной Холодова появляется Алла. Переводит взгляд то на меня, то на своего любовника-работодателя. А мне хочется застонать.

Дурдом...

– Алла Николаевна, Владислав Сергеевич, у вас какие-то рабочие вопросы? Я вас внимательно слушаю. Но если их нет... Рабочий день закончился. И... меня ждут.

Холодов как-то успокаивается. Смотрит на меня насмешливо. Словно на дурочку.

Взгляд Аллы злее. Даже несмотря на то, что на улице меня ждет пришедший по мою.душу мужик. Причем привлекательный.

– Нет никаких вопросов, Олеся Денисовна. И Вы можете быть свободны. Тем более Вас ждут, – сладким голосом выводит она.

А глаза ее говорят совсем другое. "" Держись подальше, Олеся. Как можно дальше. Влад мой'.

Они исчезают из кабинета. А я некоторое время сижу на стуле. Вроде бы и надо выйти к бывшему мужу. А вроде бы... Я ему ничего не должна.

Собравшись с силами выхожу на улицу. На стоянке замечаю машину Саввы. Подхожу.

Он выходит ко мне, не дождавшись, что я сяду в салон. Я не планирую с ним никуда ехать. Вообще ничего с ним не планирую.

– Олесь, я... – спотыкается, начиная походить на живого человека, – Я был не прав во всей этой ситуации. Поступил как последняя сволочь.

""Ты и есть – последняя сволочь"", – шепчет тихий голос внутри.

– Но ты... Ты должна меня понять. Со мной словно затмение случилось. Мозг отключился.

""Ага, ага! Мозг отключился, член включился. Все как всегда"", – продолжает шептать голос.

– Прости меня, – выпаливает он неожиданно, – Я тебя люблю.

То есть как неожиданно. Я, конечно, понимала, к чему он ведет разговор. Но всё равно... Сколько же наглости у человека?!

Он делает попытку приблизиться, протягивает руку, чтобы коснуться.

Резко разрываю между нами расстояние.

– Не надо меня трогать.

Савва чуть напрягается, но продолжает свою пламенную речь.