Богатый. Свободный. (не) Мой

Только я не понимаю, почему Вы оказываетесь там, где Вас быть не должно?

Холодов подходит ближе. Единственное, на чем могу сосредоточиться, это – на его глазах. Они удивительного синего цвета. Они приковывают все мое внимание, гипнотизируют, притягивают ближе. Опасно близко.

Блин, какие красивые.

Глава 8

Олеся

Медленно танцуя, опускаются вниз крупные снежинки, скрывая от нас весь мир. Или это я перестала его видеть?

Влад приближается, а я тону в его глазах, размышляя о том, к чему вся эта дурацкая игра? Разве я что-то должна Алле? Да и какие ко мне претензии? Мужчину сюда никто не звал.

От Влада приятно пахнет. Хочется уткнуться в него носом и дышать им как кислородом. Но недолго. Чтобы не отравиться. Потому что он не кислород. Он – угарный газ, от которого теряешься в пространстве.

Синие глаза мечутся по моему лицу, пытаясь определить, что у меня в голове.

А потом он просто стягивает с меня шапку и запускает горячую сильную ладонь в мои волосы на затылке, притягивая меня к себе.

И я его не отталкиваю. А гостеприимно раскрываю губы, пуская его язык. Он ласкает мой рот, а я отпускаю себя, свои страхи и сомнения.

Пусть это будет просто секс. И ничего больше. Я не пущу его дальше тела. Да ему ничего и не надо кроме него.

Им всем ничего больше не надо, чтобы они не говорили. Как бы не клялись.

Все равно солгут.

Влад хотя бы молчит."

"И целуется классно. Так, что тело окутывает приятное тепло, слабеют ноги, а внутри начинает рождаться потребность чего-то большего. Желание подчиняться. Принимать мужчину. Стать с ним единым целым.

И перестать, наконец, быть женщиной Саввы Белова. А стать свободной. Ничьей. Может это и не плохо. Пометить себя другим самцом. Стереть из себя принадлежность кому-то одному.

Потому что для того, кто меня сейчас целует, это скорее всего просто удовлетворение любопытства. А вдруг я какая-то особенная?

Но мне кажется, его невозможно удивить.

И я не буду стремится. Пусть он просто сделает мне хорошо.

Поцелуи становчтся все смелее, руки мужчины начинают путешествовать по моему телу, расстегнув куртку.

Поэтому когда чья-то рука сзади пережимает мне горло, я элементарно перестаю что-то соображать.

Еще мне в висок упирается нечто холодное. Очень холодное. Железное.

Я распахиваю глаза в надежде, что мне лишь показалось.

Но слышу возле своего уха злобный шепот.

– Тихо, сучка. Не вздумай орать. Иначе сверну тебе шею.

Шею сдавливают сильнее. Дышать становится труднее. Сознание никак не желает принимать такую реальность.

Влад стоит напротив, подняв руки в гору. До него пара метров. За ним замечаю пару крепких мужчин.

Это, что, шутка такая?

Не смешно.

Несмотря на то, что меня держат за шею, мне удается повернуть голову в бок. К нам бежит охрана Холодова. В воздухе раздаются неясные звуки.