Богатый. Свободный. (не) Мой

Под влиянием своей буйной фантазии выпалила:

– Обойдусь.

Лицо начбеза стало еще страшнее. Хотя куда ж еще?

– Ну и дура! – охарактеризовал он меня и добавил, – Он бы давно уже у тебя под дверью сидел. Если б позвонила.

Я в изумлении уставилась на него.

– Так в другую клинику не хотите? – переспросил он, переходя на ""вы""

Я отрицательно покачала головой и выдала воинственно:

– Послушайте!

На начале моей пламенной речи мужчина повернулся ко мне мощной спиной и крепкой задницей.

– Тогда я пойду.

А когда он практически взялся своей лапищей за дверную ручку, я услышала его тихое бормотание:

– Не хватало мне еще с чужой бабой разбираться.

И он очень быстро, несмотря на внушительную комплекцию, покинул мою палату.

Я осталась сидеть на кровати, не понимая, что вообще происходит. Это что было только что? Холодов вспомнил про мою скромную персону и решил меня облагодетельствовать таким образом? Спасибо, конечно, но не стоит.

И еще. Почему я ему должна звонить? И как это сделать? Я номера его даже не знаю. Позвонить Алле, спросить? Абсурд какой-то.

Потом я взглянула на свой сотовый, который лежал на тумбочке. И что-то меня торкнуло. Я взяла его в руки и открыла список контактов. Листать особо не пришлось. Почти сразу же я наткнулась на контакт, который был обозначен как ""Влад"". И его в свой телефон я не заносила."

"Спать расхотелось. Я сидела, сжав аппарат в ладони, и думала, что все это значит. Но ничего придумать не смогла. Объяснения такому поведению у меня не было. Если Влад чего-то хотел от меня, то мог позвонить сам. Не надорвался бы. А если он решил меня игнорировать, то почему ко мне явился начальник его службы безопасности лично? Ведь мог бы прийти и кто-то другой попроще.

Звонить сама я не буду. Я себя не на помойке нашла, чтобы навязываться.

Меня вдруг заинтересовал вопрос, почему я в палате одна. В обычных больницах нет отдельных палат. Даже таких, в которой лечилась я.

Я позвонила Матвею:

– Да мам? Что случилось?

– Сынок, а кто оплатил отдельную палату в больнице?

Матвей вздохнул. Тяжко. Я поняла, что он хотел избежать распросов.

Но на прямо поставленный вопрос он всегда отвечал честно.

– Этот твой. Холодов.

– Почему ты мне раньше не сказал?

– Ты не спрашивала.

– Ясно, – сказала я и отключилась.

Хотя ""ясно"" мне ничего не было.

Глава 11

Олеся

Вечером пришел Матвей. Один, без Полины. Достал банку с супом и фрукты, положил на столик, оглянулся на меня и предложил:

– Поговорим?

Я с ним всегда старалась быть честной. Того же требовала и от него.

– Давай поговорим, – согласилась я.

– У тебя с ним что-то было?

Он не назвал того, о ком говорил. Никак. Но мне было понятно, что речь идет про Влада.

Откровенничать не хотелось.

– Какая разница? – ответила вопросом на вопрос.

– Мам, ты же знаешь, я не буду лезть.