Богатый. Свободный. (не) Мой

– Так как, Полиночка, вопрос решать будем? – елейным голосом интересуется, а сам, как сторожевой пес на юношу смотрит.

Дверь директор агентства закрыл лишь наполовину.

– Даже не знаю, Михаил Евгеньевич, – сочувственно тяну, перемещаясь к выходу.

– Ну как же не знаешь, Полиночка? Вот Артем Владиславович готов поспособствовать... твоей проблеме.

Тот, который Артем Владиславович, с интересом следит за мной. Почему-то не мешает.

Уже, взявшись за ручку двери, чеканю:

– Артем Владиславович со своими способствованиями пусть идет на хрен. Вы, впрочем, тоже. Если считаете, что я навредила интересам агентства – подавайте в суд.

Я выскочила за дверь. И повернула ключ, который из нее торчал, запирая директора и молодого человека в кабинете. Была у Моргулина такая привычка. Ключ в дверях оставлять.

Сейчас мне это сыграло на руку. Мало ли...

Насколько хватит у этих двоих цивилизованности.

Лучше не рисковать.

Тем более из-за двери несся визг Михаила Евгеньевича:

– Все, Смирнова, допрыгалась! Ты здесь больше не работаешь! И работу в Москве не найдешь. Даже не мечтай!

Дослушивать я не стала, рассудив, что важнее оказаться в безопасности.

И только в квартире я задалась вопросом – этот Артем, он же понял, что я собираюсь сбежать.

Почему не помешал?

Глава 16

Влад

Уютной компанией сидим под дверью палаты несколько часов. Матвей пытается отправить девушку домой, но она отказывается уезжать. Ему звонят из полиции по поводу опознания отца. Договариваются на утро, потом он уходит оформлять какие-то медицинские документы.

Я не в силах больше ждать, захожу к Олесе. Пусть она и спит, я только посмотрю.

Я старался вести себя тихо. И точно не был причиной того, что она проснулась. Тем более с криками. Постарался успокоить. Но стало только хуже. Ее накрыла истерика, и ей снова сделали инъекцию успокоительного.

А меня очень настойчиво попросили выйти в коридор. Саркисян наблюдал все это с непрошибаемым спокойствием.

Когда я вновь сел на стул рядом, начбез промолвил:

– У нее шок.

– Я ей что сделал? – не сдержав раздражения, рыкнул в ответ.

– Э-э-э... На аборт ее отправлял?

– Тимур, сколько ты будешь мне это припоминать?

– Влад, я тебя должен беспокоить в последнюю очередь. Просто, сдается мне, после всего, что стряслось, твоя фея встанет под знамена ""все мужики – козлы"". Но в ее ситуации даже спорить с ней неловко.

– Что ты хочешь этим сказать?

– Ты ж мириться с ней собрался? Собрался, собрался, я вижу. Думаю, не будет. Настырная. Ребенок тебе ваш не нужен. Или она в этом уверена. Ты – тиран и бабник. И возможности у тебя покруче, чем у ее бывшего мужа... Пошлет она тебя, Влад. Без вариантов.

Мне очень хочется ему возразить. Но я и сам думаю также. Дело даже не в том разговоре, дело в том, что она напугана. И я попал в число ее врагов.