Брак по залёту (СИ)

И как отец, узнав, вытянул из неё имя виновника, а потом предложил тому на выбор — свадьба или он найдет, за что упечь парня за решетку. Может быть, откажись она расписываться, ведь уже знала, что Саша ее не любит, отец не был бы так настойчив. Всё-таки дочь он любил, и хоть ребенок у незамужней — это позор, пережил бы. Наверное. Но она не смогла отказаться от любимого. Понадеялась, если будет хорошей женой, то Саша ее оценит и полюбит. В общем, рассказала все, как есть. Про аборт и бесплодие тоже."

"И Петр Гаврилович понял, не стал осуждать. Наоборот, успокоил и сказал, что Александр виноват не меньше, а больше.

— Он — мужчина, с мужчины больший спрос. Насильно на тебя его никто не тянул, не хотел бы — не переспал. Потом, что значит, не было выбора? Выбор есть всегда! Мог уехать в другой город, если так боялся твоего отца, начать там жизнь заново, но он предпочел сесть тебе на шею и всю жизнь гнобить за свои ошибки.

— Но это же из-за меня его заставили жениться, — растерялась Вера.

— Отговорки! Не хотел бы — не переспал. Не хотел бы — не женился. Ему удобно было изображать из себя жертву, беззастенчиво пользуясь тобой и твоим отцом.

Вот так. С этой точки зрения на произошедшее больше двадцати лет назад ни мама, ни Женя не смотрели.

Нет, что ни говори, хорошо, что мама встретила Петра Гавриловича и ответила ему взаимностью!

Сын и дочь хозяина усадьбы вместе с семьями приедут тридцать первого, ближе к вечеру, а пока у них с мамой есть время, чтобы побыть вдвоем, повозиться с Никитой, погулять по городу. И всласть наговориться.

Как Женя и предполагала, тридцатого после обеда Денис отправился навестить родителей, бросив на жену виноватый взгляд.

— Иди, иди, мы найдем, чем себя занять, — махнула зятю Вера Васильевна.

 — Женька, собирайся, Никита, одевайся. Мы едем в Торговый Центр. Нет, а что? Мой по делам укатил, твой тоже, нам дома сидеть? Нетушки, гулять, так гулять!

И они поехали.

На Веру — после Европы-то — городские магазины и местные развлечения большого впечатления не производили, но ради удовольствия дочери и внука она готова была стерпеть что угодно. Женщины неспешно передвигались за Никитой, останавливаясь то там, то сям, пока все не проголодались.

Перекусить можно было на втором этаже, в кондитерской.

Макдональдс, KFCи тому подобные заведения мама игнорировала.

— Там сплошные канцерогены и холестерин! — заявила она дочери. — Мой внук есть такое не будет! Лучше пирожные.

— Там может быть пальмовое масло, — заметила Евгения.

— Да? Тогда пирожки с луком и яйцом. Никитка, ты любишь пирожки?

— Люблю! — отозвался её всеядный ребёнок.

— Вот! Там-то, точно, нет пальмового масла, а чтобы не было канцерогенов, мы возьмем только печеные!

Кондитерская оказалась популярным местом, они еле нашли свободный столик.