Буду покорной

Пару долгих минут, как только Клим отошел от кровати, я слышала только грохот своего сорвавшегося на галоп сердца. А потом почувствовала нежное прикосновение чего-то мягкого к моему животу. Внутри как будто что-то зашевелилось, реагируя на ласку, и я слегка поерзала на матрасе. Клим водил этим предметом практически по всему телу, гладил ноги, живот, грудь, шею, руки. Задержался на сосках, и я подалась немного вверх, выгнув спину вдогонку угасающей ласке. Потом был стек. Клим аккуратно, легонько похлопывал по коже, заставляя кровь приливать к коже, а меня вздрагивать всякий раз, когда кожаный кончик касался меня. Я и сама не заметила, как комнату наполнили мои стоны, а удары стали сильнее. Я уже даже перестала следить за тем, куда они сыпались. Ощущала их на ногах, руках, груди. Особенно остро – на сосках, которые уже ныли и болели от каждого удара и желания прикосновений.

– Умница, – похвалил Клим хриплым голосом.

Следующее, что я почувствовала – это прикосновение прохладного металла к соскам, и уже понимала, что это. Я замотала головой, давая понять Климу, что не готова играть с зажимами.

– Ш-ш-ш, тебе понравится, – пообещал он, и тут же накрыл горячим ртом один из сосков.

Я выгнула спину и подалась вперед навстречу ласке, встретив ее со сдавленным стоном. От удовольствия у меня кружилась голова и дрожало все тело. Умелые ласки языка выводили мое наслаждение на новый уровень. Одной рукой Клим сжимал мой сосок, пока ртом жадно ласкал второй. Я почувствовала натяжение внизу живота, там разливалось тягучее и такое болезненное удовольствие. Клим переключился на второй сосок. Я бы не сказала, что он сейчас действовал как Доминант. Его ласки были слишком порывистыми, отчаянными, жадными. Он прикусывал и сосал, со шлепком выпуская горошинку изо рта, чтобы в следующее мгновение снова заключить ее во влажный жар.

– Ох, Клим… то есть… Мастер… ох, да, – стонала я каждый раз, когда он сильнее всасывал и терзал напряженные пики.

Когда во мне уже практически не осталось сил терпеть, я почувствовала тиски, сомкнувшиеся сначала на одном соске, а потом и на другом. Я замерла, прислушиваясь к ощущениям. Но все, что почувствовала, – это легкую пульсацию кожи в месте сжатия и горячие волны внизу живота.

– Вот так, – тихо произнес Клим мне в кожу, лизнув сжатый сосок. – Умница, – снова похвалил он.

А дальше началось какое-то сумасшествие. Романов как будто сорвал мне стоп-кран, потому что стек сменился паддлом, я была перевернута на живот, и моя задница горела от ударов. В какой-то момент Клим взял ножницы и разрезал мои латексные шорты, которые, словно удавка, сжимали мое тело, и теперь оно было освобождено и могло в полной мере наслаждаться удовольствием, которое Мастер дарил своей сабе.