Деривация.

В этот момент в «капсулу» влез Ерофеев:

— Разрешите?

Он поставил термос с чаем на стол, достал пару кружек и сверток с бутербродами, которые ему сделали на ПХД.

Перекусив, офицеры Генштаба вернулись к расчетам.

— Эффективность средств поражения определяем по формуле… — говорил полковник Угрюмов. — Исходными данными являются количество поражаемых целей, количество, скорострельность и показатели эффективности стрельбы средств поражения, время ведения огня, показатель противодействия противника…

Через полтора часа Шабалин стал счастливым обладателем выверенного и покрепленного многочисленными расчетами доклада, блистающего военной мудростью и грандиозностью открывающихся перспектив в применении новых форм ведения боевых действий в условиях сирийского предгорья.

— Позвольте-с, — попросил Угрюмов. — Мы этот доклад используем в своей большой работе, в которой анализируем эффективность ведения боевых действий с использованием новых средств разведки, управления и наведения средств поражения.

Паша кивнул.

— Доклад нужно сопроводить фотоотчетом, — подсказал полковник Громов.

— А где же я возьму фото того дня? — удивленно спросил Шабалин.

— Молодой человек, — подсказал Громов. — Берите фотоаппарат и пойдёмте за мной…

Паша вытащил из рюкзака ротный цифровик и вслед за полковником вышел из «капсулы».

— Речь идёт об огневой позиции АГС, — сказал полковник. — Сфотографируйте вон тот гранатомёт. Сейчас мы на него бойца подсадим…

Возле АГС посадили садыка, который выделялся среди остальных сирийцев простреленной в шести местах каской.

— Счастливая, наверное, — предположил полковник, выдерживая строгое выражение лица. — Уже шестой владелец, поди…

Садык радостно закивал. Паша скрывал улыбку, подняв арафатку.

Потом сфотографировали пулеметное гнездо, минное поле, позицию артиллерии, отдельно стоящее БМП и несколько видов предгорья.

— Всё это разместите по тексту доклада, между таблиц с расчетами и графиками, — подсказал Громов. — И будет замечательно.

Допив чай, полковники ушли.

— Это операторы из оперативного управления Генерального Штаба, — сообщил Ерофеев. — Говорят, они в уме могут рассчитывать армейские и даже фронтовые операции, так что им твой элеваторный замес — лёгкая разминка.

— Да они там буквально всё рассчитали, — развел руками Паша. — Чуть ли не сколько раз каждый боевик ушами успеет хлопнуть, пока в него пули лететь будут.

— Ну, работа у них такая, — ответил Толя. — Зато и зарплата не чета нашей.

Офицеры повздыхали, посетовали на жизнь. Вечером Паша представил Сомову свой доклад. Генерал предложил поменять несколько фотографий, после чего разрешил передавать его в штаб группировки.

— Операторы мне очень помогли, — признался Шабалин.