Деривация.

«Капсула», «Тигры» и БТР отряда Шабалина пристроились к очередной транспортной колонне и двинулись вперед. Возле танка остановились. Шабалин заглянул внутрь: всё было в копоти, в лицо дохнул жуткий запах сгоревшего пластика и резины. Он ожидал увидеть какие-то признаки сгоревших танкистов, но огонь так вылизал внутренности этой стальной коробки, что даже если они там и были, опознать останки было невозможно.

— А вот и головы, по которым мы стреляли ночью с тепловыми прицелами, — сказал Бушуев. — Товарищ капитан, гляньте…

Шабалин подошел к снайперу, стоящему возле простреленной в двух местах жестяной банки, размерами схожей с размерами головы.

— Почему так считаешь? — спросил Паша.

— А вы загляните внутрь… — посоветовал Артем.

Шабалин сделал еще пару шагов и посмотрел внутрь банки. На дне банки лежали камень и каталитическая грелка — точно такая же была у него в детстве, когда он занимался лыжным спортом. С помощью такой грелки он отогревал руки в суровых условиях Заполярья.

— Грелка выдаёт шестьдесят градусов в течение двенадцати часов, — сказал Паша. — В такой банке она создавала температуру чуть выше температуры человеческого тела. Очень грамотно они нас разводили… по ощущениям было, будто реально человеческую голову наблюдаешь…

— И ведь даже попали, — весело подмигнул Бушуев.

— В нас тоже, — ответил Шабалин. — Из танка.

— Ну, — усмехнулся снайпер. — Мы ему все равно потом отомстили. Ладно, заберу грелку себе…

Бушуев нагнулся было достать из банки грелку, как Паша, что-то в этот момент ощутив опасное, остановил его:

— Стой! Не смей!

— Почему? — Бушуев посмотрел на командира, потом в банку. — Да там только грелка… или это что? Мина-сюрприз?

Шабалин не мог объяснить сам себе, почему он остановил Артёма. Приказал остановиться и не двигаться, а сам несколько мгновений думал, что толкнуло его на это.

— Мина? — повторил Бушуев.

— Да, — наконец-то Шабалин понял, что показалось ему подозрительным в этой банке.

— А, я тогда отойду…

— Всем отойти за БТР! — приказал Паша.

Когда все спрятались за броней, Шабалин еще раз осмотрел банку. Внешне она не выказывала никаких признаков минирования, но камень, лежащий внутри, смущал Пашу.

— Бушуев! В моём «Тигре» под сиденьем водителя моток веревки! Сюда его, живо!

Снайпер мгновенно принёс веревку.

— Сейчас ба-бах будет? — спросил он.

— Возможно, — кивнул Паша, делая петлю, чтобы закинуть её на банку. — Давай, уходи за БТР."

"Когда петля аккуратно легла на банку, Паша размотал до конца всю тридцатиметровую веревку — как раз хватило зайти за БТР.

— Что предполагаешь? — спросил Ерофеев.

— Думаю, что банка стоит на МС-3. Это такая мина-сюрприз, действующая не на нагрузку, а на разгрузку.