Держи меня крепче

— Садись, — кивает на высокий барный стул, сам придвигается с другой стороны.

Стол в углу, за которым я видела его в прошлый раз ночью, завален конспектами и учебниками. Наверное, он вчера занимался, когда я его отвлекла своим звонком. Создала парню проблемы, а потом ещё и обвинила не пойми в чём.

Я присаживаюсь на стул и подтягиваю ступни на перемычку. Яичница с зеленью и спаржей пахнет вкусно. Рядом чашка кофе с молоком и бутерброд с маслом и сыром.

— Пахнет вкусно, — озвучиваю свои впечатления вслух. — Но я столько просто не съем.

— Придётся, — Ларинцев на меня не смотрит. — Вот ещё. Анжела сказала выпить за завтраком."

"Он ставит передо мной невысокий стакан, надрывает уголок небольшого саше и высыпает в воду какие-то гранулы, которые, падая, начинают шипеть и пузыриться.

— Что это?

— Ударный витаминно-минеральный комплекс. Сорбенты вычистили из крови не только наркотик, но и полезные вещества. Пей, Нина, не отравишься.

Последнее замечание больно резануло. Он всё-таки сильно обиделся.

Я выпиваю содержимое стакана и принимаюсь за еду. На вкус так же замечательно, как и на запах. И я съедаю всё до последнего кусочка.

— Спасибо, — складываю посуду, отношу в раковину и сразу мою. Эта минута помогает собраться с духом. — Максим, извини меня, пожалуйста, я не хотела обидеть тебя. Просто… растерялась, наверное. Ты бы подобное никогда себе не позволил. А я… скорее имела ввиду, ну… вдруг сама как-то переступила грань, а теперь просто не помню…

Он сидит там же у стола и внимательно смотрит, а я вжалась спиной в мойку. Язык заплетается и деревенеет. Может, это всё ещё последствия вчерашнего неприятного приключения? Я даже толком не могу объяснить, что вертится в голове. Жду, чтобы он хоть слово сказал.

— Не идеализируй меня, Нина, — давит взглядом, лишённым привычной лёгкости и сквозящей игривости. — Я способен и на более нехорошие вещи. Но тебе об этом знать необязательно.

Не знаю, как реагировать на его слова. Не хочу думать о том, что он только что сказал и что имел ввиду. Что это за нехорошие вещи. И на какие поступки способен человек, которому я в определённые моменты учусь доверять свою жизнь.

Максим закрывает тему, переключаясь на уборку посуды после себя, а я понимаю, что теперь уж мне точно пора. Вижу на полочке свой телефон и облегчённо выдыхаю, потому что просить денег на проезд до общежития у Ларинцева мне совсем неудобно, особенно после такого недопонимания. Вызову такси и расплачусь онлайн-картой.

— Ну ладно, Максим, я уже пойду. Спасибо ещё раз за всё. Ты тогда напишешь, когда репетиция?

— Куда ты пойдёшь? Я сейчас переоденусь и поедем.

— Тебе, наверное, заниматься надо, — киваю на стол с учебниками и тетрадками. — А не со мной возиться.

— Вот приедем, и дозанимаюсь.