Держи меня крепче

Ты, должно быть, Нина?

— Алевтина!

Мама Максима (а наверное и Али, потому что они с ней тоже похожи, хоть и не так явно, как с Максимом) округляет глаза и смотрит неодобряюще за такое бурное проявление чувств.

Сестра Ларинцева довольно крепко обнимает меня, незаметно шепнув в волосы «спасибо». Только вот за что? И тут к нам с бокалом в руке подходит высокий статный мужчина. Он окидывает нас с Максимом холодным взглядом, и я буквально ощущаю волну напряжения от последнего. Сильные плечи теряют расслабленность, даже под тканью рубашки это видно.

— Не ожидал увидеть тебя сегодня, сын, — в голосе абсолютно никакой теплоты.

Глава 33

Виктор Ларинцев немного прищуривается, смиряя нас обоих взглядом, когда Максим, сцепив зубы, учтиво представляет нас друг другу. Я неосознанно беру его за руку, вмиг ощущая всё напряжение тактильно. Максим не боится отца, он его ненавидит, и не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы это понять.

— Ну что ж, — подытоживает мужчина. — Я рад, что ты решил принять участие в важных семейных делах, Максим. Ещё увидимся.

Он салютует нам бокалом и отходит беседовать с другим гостем. Позже ведущий предлагает присесть всем за столики, отец Максима провозглашает тост, упомянув, что скоро в бизнес вольётся свежая кровь, глядя при этом на сына. По лицу Максима в этот момент ничего не прочесть — маска. Да уж, а я удивлялась, откуда такой артистизм. Вот оно, из семьи, когда чувства нужно запереть на замок.

После первого тоста к нам присоединяется Роман Должанов со спутницей.

— Это Ева, — представляет мне высокую рыжеволосую девушку.

И вот в её глазах я как не нахожу той искренности, которую видела во взгляде сестры Максима. Ева выглядит надменной стервой, не иначе. Первой её фразой, вместо приветствия, было: «Я думала, ты придёшь с Амелией». Но после жёсткого взгляда Романа, она осекается.

Уже через час общения с таким высшим обществом я начинаю понимать Ларинцева, почему его сюда так не тянет. Но если я могу уйти в любой момент, то для него — это привычная жизнь. Возможно, раздражающая, возможно, неинтересная, однако неизбежная. Рано или поздно он перестанет сопротивляться и пойдёт по предрешённому отцом пути. И какая-нибудь Амелия окажется рядом, будет так же мило улыбаться и вести светские беседы, пока Максим Викторович будет осуждать с партнёрами условия выгодных контрактов.

— Кстати, Макс, а ты знал, что Вера в городе? — Ева аккуратно ставит бокал на стол и поднимает глаза на Ларинцева, как бы невзначай скользнув взглядом по мне.

И если до этого Максим пропускал её фразочки мимо ушей, больше общаясь со мной и Романом, то сейчас его лицо каменеет. Эмоций просто нет, но я понимаю, что внутри у него что-то происходит. Что-то очень мощное.