Доллары царя Гороха

– Наверняка, – прервала я раздраженные речи, – не могли бы вы дать мне телефон Насти?

Якунина пожала плечами, потом протянула руку, взяла с подоконника растрепанную книжицу и неожиданно мирно сказала:

– Пишите.

Глава 17

Насте я позвонила, едва выйдя во двор. Девушка, с самого детства дружившая с Сергеем, должна многое знать. Может, Клава не ошибается и последнее время ее муж и впрямь жил у Трошевой? Тогда она точно в курсе того, кто эта Клара. Теперь понимаете, с какой силой нетерпение толкало меня в бок?

Трубку сняла женщина. Судя по голосу, ей было лет сто, никак не меньше.

– Алло, – продребезжала она, – вам кого?

– Будьте любезны Настю.

– Настю?

– Ну да.

– А-а… Настю…

– Да, да, именно ее.

– А-а-а…

Потом раздались частые гудки. Решив, что бабуся случайно уронила трубку или нажала не на ту кнопочку, я повторила попытку и услышала вновь:

– Алло.

– Сделайте одолжение, пригласите к аппарату вашу дочь.

– Кого?

– Настю.

– А-а… Это кто?

Я глянула на бумажку – может, Клава из вредности написала не тот номер?

– Ах, Настю! – вдруг всхлипнула старуха. – А ее нет!

Обрадовавшись, что телефон оказался верным, я воскликнула:

– Когда она будет?

– Кто?

– Настя!!!

– А-а-а… Ну… поздно совсем, думаю, около двадцати.

"

"– Мне очень надо с ней поговорить. Можно, я подъеду к этому времени? Простите, вас зовут Людмила Сергеевна?

– Конечно, конечно, – воскликнула старушка, – именно так, но я очень не люблю отчество. Зовите меня просто Люся. Знаете, Анна Ахматова тоже не радовалась, когда ее величали по батюшке, у поэта есть лишь имя! Приезжайте непременно, попьем чайку, поболтаем. Мне тут одной так скучно. Может, сейчас соберетесь?

В голосе Люси звучала плохо скрытая надежда, жаль было разочаровывать милую, приветливую даму, но мне нужно поговорить с Настей, а не с ее приятной мамой, поэтому я ответила:

– Начальник, увы, не отпустит со службы.

Поняв, что у меня образовалась куча свободного времени, я призадумалась, куда его лучше деть. Конечно, можно поехать в Ложкино, то есть в Вербилки. Но если я окажусь дома, то назад в Москву точно сегодня не вернусь. Все начнут приставать с вопросами: куда еду, зачем, с какой целью. Отчего-то домашние считают, что я должна день-деньской валяться на раскладушке в саду, поедать конфеты килограммами и читать детективные романы.

Слов нет, отдыхать очень приятно – недели три подряд, от силы месяц, но потом лично меня начинает крючить от скуки. Конечно, можно выйти на работу, человека, который владеет французским так, как я, возьмут в любое место, но… Но я совершенно не нуждалась в зарплате, мне нужны не деньги, а интересное занятие. И пусть простят коллеги-педагоги, но вбивание грамматики в неподатливые головы учеников – страшная тягомотина.