Друг моего отца

— Но я хочу помочь! Я проходила курсы первой медицинской помощи. Мой папа…

— Твой папа-мошенник словно только и готовил тебя к жизни после зомби-апокалипсиса… Ладно, валяй. Я скажу тебе что сделать. Вытри кровь. Пуля даже не навылет прошла, лишь царапнула. Этот пустяк я бы легко зашил. Но место не очень удобное. Так что ты реально можешь мне пригодиться. Сотри кровь, потом возьми вот тот степлер. Сдвинь края раны пальцами и шлёпни мне несколько скобок.

— Сейчас…

Гора проспиртованных салфеток растёт. Бекетов управляет моими действиями. Но почему-то к горлу запоздало подкатывает дурнота. Особенно при взгляде на рваную рану. Бекетов говорит, там пустяк. Но я вижу и разорванную кожу, и…

— Тебе плохо?

— Нет. Я справлюсь, — моргаю несколько раз, задерживая дыхание.

Стягиваю пальцами левой руки края раны. Кровь сочится ещё сильнее.

Я должна справиться. Справлюсь!

И через миг я позорно лишаюсь сознания, упав лицом в ширинку Бекетова.

Глава 29

Марианна

Я прихожу в себя всё так же лёжа на мужчине. Благо не лицом в ширинку.

Бекетов задумчиво гладит меня по полосам. Но почувствовав, что я очнулась, прекращает свои движения.

Вставать с мужских колен совсем не хочется.

— Бекетов? — спрашиваю севшим голосом. — Я долго была без сознания.

— Достаточно. Я сам себя зашил и даже прибрал за тобой.

И значит, потом он снова уложил меня к себе на колени!

— Прости. Так стыдно вышло. Я тебе совсем не помогла.

— Толку от тебя как от красивой вазочки. Ноль.

Я возмущённо открыла рот и тут же захлопнула его.

— Красота делает этот мир лучше.

— Для меня не делает, — возражает мужчина. — Для меня красота приемлема только в виде голой девки в моей постели. На всё готовой.

Краснею.

Бекетов ошарашивает меня признаниями, от которых кровь бежит по венам всё сильнее…

Однако нужно сбросить это наваждение и отплатить мужчине.

За оскорбления!

С вазочкой он меня сравнивал! Хам…

— Не надейся! Я в твою постель даже за миллион не лягу!

— Миллиона я за тебя и не дам, — фыркает Бекетов. — И даже если предположить, что ты в моей постели окажешься, придётся тратить время на объяснения и обучение. Муторно… Пресно. Никакого кайфа.

Опять двадцать пять.

Надоел. Как бы поскорее избавиться от его общества?!

Встаю с его колен и сердито оттягиваю вниз платье.

Оно испорчено кровью. Уже заскорузлой. Вряд ли удастся отстирать.

— Платье на выброс, похоже, — вздыхаю.

— Я же говорил, что тебе лезть не стоит. Но ты не послушала меня.

— Думала, что справлюсь. К тому же, когда на окно фонтаном крови брызнуло, мне не было плохо.

— Тогда за твои реакции отвечал адреналин… — объясняет мужчина.

— Мурад. Почему мне кажется, что ты был рад его убрать не только из-за разных взглядов на вашу профессию? Что-то личное?

— Очень.