Дурман

Владу не трогали из-за бабки.

Лишь Дарий кружился, не понимая, почему на Владу наложен запрет.

Да и она сама не понимала. Не знала. Бабка молчала.

Но бабка не вечна, и, оставшись месяц назад одна, Влада заскулила от горя и отчаяния. Пыталась уехать из клана, Зияр не пустил.

– Ты – наша.

– Зияр, я не могу быть вашей.

– Не спорь со мной, девочка. Ты ведь у нас еще целка, да?

Владлена сжала губы, готовая заскрежетать в любой момент. Парадокс заключался в том, что девственность в среде оборотней не ценилась. Самки в их клане не значили ничего, не имели никакого голоса. Они работали, рожали, раздвигали ноги. Все.

Владлена не понимала, почему с ней сюсюкаются. Даже тот же Зияр мог бы давно отдать ее Дарию. Нет, пока берег.

– Вот и храни себя. У меня на тебя большие планы.

Последняя фраза насторожила девушку.

Тогда она и решила, что уедет.

Шла по дороге к дому, что стоял на окраине поселка, и размышляла, куда ей ехать. Бабушка накопила приличную сумму, перед смертью сняла ее: «Влада, спрячь. Все сбережения на счету перейдут Зияру, я не хочу, чтобы этому ублюдку досталось хоть что-то». Влада была ошарашена суммой. Откуда?.. Откуда, бабушка?.. Денег хватило бы на новый дом или хорошую квартиру в городе, даже на машину, о которой Влада мечтала, как о чем-то нереальном. Из-за того, что она была по факту рождения изгоем, ей даже не позволили получить права и никто не желал ее учить вождению.

– Шавка будет ползать и лизать мои ноги, – смеялся Дарий, караулящий ее с детства.

Теперь все – свобода.

В доме Владу ждал сюрприз. Она сразу поняла – что-то не так. У нее незваные гости – дверь их дома оказалась приоткрытой. Влада, пытаясь совладать с внезапно ослабевшими и подкосившимися ногами, рванула по крыльцу внутрь. И не ошиблась. В ее доме орудовали оборотни Зияра. Все переворачивали вверх дном, громили мебель и рвали набивку диванов и кресел.

– Сволочи, что вы делаете?! Перестаньте! Прекратите…

Ее никто не слушал. Один, оскалившись и наполовину обернувшись, повалил ее на диван и удерживал, пока сверху не раздалось:

– Нашел! Мать вашу, сколько же тут бабла…

У Влады забрали все.

Она, размазывая слезы и кровь, – ее приложили лицом о подлокотник, – побежала к Зияру, требуя справедливости и возврата хотя бы части денег.

Тот уже сидел обкуренный и пересчитывал ее деньги.

– Скажи, Владушка, спасибо, что я тебе оставил жизнь. – Он был доволен собой и внезапно свалившейся прибылью. – Я знал, что старая сука прячет деньги. Они у нее были… Не могли не быть… Не зря я ее терпел столько лет… Укрывал. Что ты теперь пришла? Хочешь правды? Возврата? Его не будет, слышишь меня… как там тебя называет Дарий? Шавка? Вот и не заставляй меня сейчас менять мнение и отдавать тебя ему. Он только этого и ждет.